Мертвая земля

Я рассказал Николасу и Скелли, который тоже присутствовал при обыске, о том, что произошло в канцелярии Пэрри. Страх, вспыхнувший во взгляде Николаса, был мне вполне понятен; он, разумеется, помнил, как три года назад, во время заговора против Екатерины Парр, я в очередной раз был вовлечен в жестокий мир придворной политики. В результате он, зеленый юнец, только что приехавший из провинции, тоже оказался втянутым в опасный водоворот. Мы оба пережили тогда тревожные времена.

Я смотрел на собственное отражение в окне; в колеблющемся свете свечей отчетливо видны были глубокие морщины, бороздившие мое лицо, спина, год от года сгибавшаяся сильнее, и все еще густые, но совершенно седые волосы.

В последнее время я редко молился перед сном; но в тот вечер, опустившись у кровати на колени, я просил Господа исцелить моего больного друга Гая, помочь Джозефине во всех ее горестях, не оставить своими милостями леди Елизавету и тех неведомых мне путников у костра, к которым Фоуберри направил городскую стражу.

Глава 2

На следующее утро мы поднялись рано и, поспешно позавтракав, поехали в сопровождении Фоуберри и его людей в Хатфилдский дворец. Стало заметно теплее, легкий ветер гнал по небу кудрявые облачка и теребил меховой воротник моей черной шелковой мантии. Отправляясь во дворец, я надел также сержантскую шапочку. Николас, тоже в шелковой мантии, трусил рядом. Мой конь по кличке Бытие этим утром покинул конюшню с явной неохотой, – как видно, бедняга становился слишком стар для столь длительных поездок.

Хатфилдский дворец, удобное современное здание, возведенное из ярко-красного кирпича, имело просторный внутренний двор; оно было окружено парком, обнесенным высокими стенами. В настоящее время дворец этот являлся главной резиденцией леди Елизаветы, где проживал весь ее двор, насчитывающий около ста пятидесяти человек. У главного входа нас встретила круглолицая женщина средних лет, с серьезным и проницательным взглядом.

На ней были черное платье и старомодный остроконечный головной убор, а на поясе висела связка ключей. Прежде мне уже доводилось встречаться с Бланш Харри; подобно Томасу Пэрри, она была уроженкой Уэльса и служила леди Елизавете с тех пор, когда последняя была еще грудным младенцем. Бланш не только являлась домоправительницей, но и решала, кому следует разрешить доступ к своей госпоже. Спешившись, мы склонились перед нею в низком поклоне.