Суверен

Когда-то давным-давно мы с ним были знакомы.

– Вот как? – фыркнул Барак, отдувавшийся под тяжестью дорожных корзин.

– Да, мы с ним вместе учились в Линкольнс-Инн. Правда, с тех пор ни разу не встретились. Крейк сразу оставил стезю законника и поступил в одно из дворцовых ведомств.

– Как это ему удалось туда пролезть? Заплатил кому надо?

– Не думаю, – покачал я головой. – Просто его дядя служил во дворце и помог племяннику получить выгодную должность.

– И что он собой представляет, этот ваш однокашник?

– Не знаю, ведь за столько лет он мог измениться, – с улыбкой ответил я.

 – Сейчас увидим.

Мы подвели лошадей к дверям аббатского особняка, в котором, судя по всему, царила особая суматоха. Люди с озабоченными лицами сновали туда-сюда, на ступеньках стояли чиновники, которые о чем-то оживленно переговаривались и отдавали приказы, заглядывая в чертежи и планы. Мы обратились к стражнику, стоявшему у дверей, с просьбой рассказать, где найти мастера Крейка. Он попросил нас подождать и, подозвав проходившего мимо конюха, приказал ему отвести наших лошадей в конюшню.

Мы остались на крыльце. Какой-то чиновник высокого ранга в бархатной зеленой мантии бесцеремонно оттолкнул нас. Другой прошел между нами, словно перед ним были две не стоящие внимания дворняги.

– Вот болваны, – буркнул Барак.

– Давайте отойдем прочь, – предложил я. – А то нас совсем затолкают.

Мы спустились с крыльца и, дойдя до угла дома, остановились там. Поблизости две женщины увлеченно спорили с чиновником, который держал в руках какой-то план.

Та, что была богаче одета, так решительно наскакивала на своего собеседника, что ему оставалось лишь отступать и низко кланяться, едва не касаясь земли листом пергамента. Рассерженной леди было около тридцати лет, и, судя по всему, она занимала высокое положение. По крайней мере, об этом свидетельствовал ее наряд: платье из красного шелка с высоким стоячим воротником и расшитый жемчугом головной убор французского фасона, из-под которого выбивались темные волосы. Впрочем, широкое лицо ее отнюдь не отличалось изяществом черт, к тому же покраснело от гнева.

– Так вы считаете, королеве не следует знать, сможет ли она спастись, если в доме вспыхнет пожар? – донесся до меня ее пронзительный резкий голос. – Скажете вы наконец, где ближайшая к ее покоям дверь и у кого хранятся ключи от нее?

– Пока я не могу сказать точно, миледи, – пробормотал чиновник, растерянно вертя в руках план.