Каменное сердце

Морщинистое лицо его ничего не выражало, однако глаза смотрели проницательно и расчетливо. Коротко поклонившись, он опустил испачканные чернилами руки на прилавок и вопросительно посмотрел на посетителя, абсолютно точно не испытывая излишнего почтения перед моей сержантской шапочкой. Хотя клерки во всех судах обладали великой силой, с барристерами и сержантами они держались уважительно. Похоже, в Суде по делам опеки царили иные нравы.

– Слушаю вас, сэр, – произнес старик нейтральным тоном.

Открыв свою папку, я выложил на прилавок повестку на имя Майкла Кафхилла:

– Добрый день, мастер клерк.

Служащий изучил повестку, а потом посмотрел на меня уже с чуть более почтительным выражением:

– Да, сэр. Мне разрешили познакомить вас с записями. Однако мастер Сьюстер также сказал мне, сэр, что свидетельства, поддерживающие заявление истца, нужно внести в дело как можно быстрее.

– Я понимаю это. Вам сообщили, что вчинивший иск человек умер?

– Да. – Мой собеседник печально покачал головой. – Истец умер, адвокат ознакомлен с делом за четыре дня до слушания, свидетельских показаний нет, необходимых бумаг тоже. Сэр Уильям окажется в сложном положении на слушании. Следует соблюдать предписанные процедуры. Речь ведь как-никак идет об интересах несовершеннолетнего.

– Я готов оценить любую помощь, которую вы можете предоставить мне. Надеюсь уже вскоре получить свежие показания. – Я запустил руку под мантию, к кошельку. – Мастер…

– Миллинг, сэр, Гервасий Миллинг, старший клерк.

Старик неторопливо повернул руку ладонью вверх. Я посмотрел на его младшего коллегу, еще возившегося с бумагами.

– O, не обращайте на него внимания, – проговорил Миллинг. – Пять шиллингов новыми за просмотр всех бумаг по опеке. Или три в правильном серебре.

Я заморгал. Вся юридическая машина, равно как и государственный аппарат у нас в стране, смазывалась взятками. Официальные лица получали деньги или ценные подарки от сторон, участвующих в процессах, от торговцев, стремящихся заняться поставками для армии, просто от богатых людей, желавших купить монастырские земли. Впрочем, обыкновенно эти презенты не выставлялись напоказ и маскировались под видом подарков, сделанных из личного уважения.