Квартира в Париже

Прорвавшись сквозь живую изгородь, она оказалась совсем рядом с самым новым полевым госпиталем, только вчера развернутым в брошенном скромном особняке. Операционные оборудовали в кухне и бывшей гостиной. В остальных помещениях все свободное место занимали раненые в ожидании своей участи – выжить или умереть.

Машина зачихала и остановилась у амбара и пустых загонов для скота. Военные в форме вышли встречать Эстель. Они выгрузили раненых, но не понесли их в особняк, а направились к амбару.

– Погодите, – запротестовала она.

 – Им нужно в дом. Им нужен врач.

– Там уже нет места, – пробормотал военный, перехватывая носилки. – Дом переполнен. И всем нужен чертов врач.

Глядя им вслед, Эстель бессильно опустилась на край открытой сзади машины. Она положила голову на руки, крепко закрыв глаза ладонями. Она устала. Очень устала.

Эстель заставила себя поднять голову. Она никогда не пасовала перед трудностями, не собиралась и сейчас, после того как Ален и его товарищи пожертвовали всем ради нее и своей страны.

Вернувшись в кабину, проверила горючее. Осталось совсем мало, сгонять до передовой и обратно не хватит.

Эстель встала. Может, за последний час кто-нибудь нашел горючее или привезли запасы из…

– Эстель!

Услышав свое имя, она оглянулась и увидела бегущую навстречу Рашель, растрепанную и в грязи с головы до пят. Увидев подругу целой и невредимой, Эстель облегченно вздохнула, но тут же опечалилась и с трудом сглотнула.

– Эстель, – повторила Рашель и крепко ее обняла.

 – Я так беспокоилась. Говорят, шальные снаряды в тыл залетали и… – Она отстранилась. – Ты ранена.

Рашель потянулась к виску Эстель, и ее пальцы обагрились кровью.

– Пустяки, – прошептала Эстель.

Слезы, которые она сдерживала перед Жеромом, сейчас ручьем хлынули по щекам.

– Что? Что случилось?

Эстель хотела ответить, но не смогла выдавить ни слова.

Рашель отшатнулась.

– Ален?

Эстель кивнула.

Ее подруга схватилась за дверцу перевозки.

– Он?..

Похоже, и у нее язык не повернулся такое сказать.

Как будто замалчиванием можно что-то изменить.

– Мне очень жаль, Рашель. Очень.

Рашель пошатнулась и рухнула как подкошенная на край машины.

Эстель, глядя на застывшую в молчании подругу, мучительно пыталась сообразить, как ей помочь, что сказать.

Через несколько секунд Рашель встрепенулась и подошла ближе к подруге.

– Сколько у тебя осталось горючего?

– Что? – удивленно встряхнула головой Эстель.