Брачный капкан для повесы

Колкие комплименты. Его внимание. Что-то, что заставит ее не думать об отверженности.

– Один бокал вина. Один поцелуй, – тихо повторил Тео. – Тебе нужно забрать что-нибудь из верхней одежды? Потому что я готов уходить.

– Но с чего ты взял, что я пойду с тобой?

– Потому что у меня есть что тебе предложить.

– Сомневаюсь, иначе я бы рассмотрела твое предложение.

– Во-первых, положение, – не сводя с нее глаз, начал перечислять Тео.

– Я уже зеваю. – В конце концов, она и так была принцессой.

– Страсть. Ты никогда не переживала ее, но, тем не менее, мечтаешь о ней.

– Может быть. – Мориана была достаточно откровенной, чтобы признать его правоту. – Но ты не единственный, кто пробуждает страсть в женщинах. Я могу пережить ее с кем-нибудь другим.

В его глазах полыхнули огни.

– Спокойнее, спокойнее, – ответила Мориана.

– Преданность.

– Но мы все испытываем преданность. Я предана своим родным и Аруну. Некоторые сказали бы, что я слепо предана разным вещам, но почти ничего не получаю взамен, и они, возможно, будут правы.

Преданность слишком переоценивают.

Тео смотрел ей прямо в глаза.

– Я говорю о преданности тебе.

Глава 3

Аури ведь предупреждала ее. У Тео прекрасно получалось, и он в точности знал, что предложить, чтобы ее сердечко заколотилось, испытывая мучительное томление и надежду.

– Давай поговорим где-нибудь наедине, – пробормотал он.

Мориана глянула на присутствующих, бросавших в их сторону заинтересованные взгляды, и подумала, что он прав.

Даже Огастас смотрел на них, и в его глазах читалось предупреждение.

«Не выставляй себя на посмешище. Знай свое место».

«Не опозорь меня».

«Не заставляй меня пожалеть о том, что мы родственники».

– Пять минут, – сказала она Тео и, кивнув брату, что его сообщение получено, направилась к двери.

Крыло, в котором проживала Мориана, было обставлено по ее вкусу и украшено предметами искусства из дворцовой коллекции.

Она скупала их, пока не осталась довольна результатом. Огастас жаловался, что Мориана тратит слишком много денег, но за последние несколько лет она утроила стоимость государственного художественного фонда, израсходовав только малую его часть. Она совершала выгодные сделки, потому что разбиралась в искусстве и обладала чутьем, необходимым для куратора. И конечно же она пользовалась поддержкой королевского дома Аруна.