Пояс семи тотемов, или миротворец Длинное Перо

Теперь же его подловили и, подойдя к хижине, следуя на некотором расстоянии от Отшаты, он увидел вождя, который с любопытством смотрел на него, сидя на шкуре рядом с Каверасом. За ними стояла группа воинов. Когда Нахма подошел ближе, все взгляды устремились на него, но ни одного слова не было произнесено, пока он не остановился в нескольких шагах от своего хозяина.

Глава VII

Нахма присоединяется к военному отряду

– Массасойт, – сказал Каверас, когда молодой человек вопросительно посмотрел на него, – я хотел бы получить перья ке-неу, большого орла, чтобы изготовить военный щит.

Он вон там, ждет приглашения прийти к нам. Можешь ли ты его позвать?

С этими словами говоривший указал наверх, где кружился золотистый орел, привлеченный приманкой в виде куска сырого мяса, лежавшего недалеко от хижины.

Бросив взгляд в указанном направлении, Нахма зашел в хижину, откуда быстро вышел, неся с собой лук и три стрелы. Он снова встал перед Каверасом и, несколько секунд постояв неподвижно, внимательно глядя на кружащегося орла, который стал медленно спускаться.

Одна стрела лежала на тетиве, а две другие были воткнуты в землю перед ним. Внезапно юноша поднял свое оружие и выпустил оперенную стрелу. Потом он выстрелил еще дважды, с такой скоростью, что третья стрела сорвалась с тетивы прежде, чем первая достигла цели. Под удивленные крики пораженных зрителей большая птица, получившая смертельную рану, медленно опустилась на землю, слабо подергивая крыльями.

– Принеси ее, – сказал сашем, обращаясь к кому-то стоявшему у него за спиной, и каждый, решив, что приказ относится именно к нему, бросились бежать за трофеем.

– Принеси ее ты, – сказал Каверас Нахме.

Молодой стрелок рванулся вперед с такой удивительной скоростью, что, хотя остальные уже убежали довольно далеко, он обогнал их и первым был у цели. Когда он нес мертвую птицу, остальные уступили ему дорогу, и никто даже не попробовал отобрать у него приз, дважды им заслуженный.

Когда он положил орла у ног Кавераса, все увидели, что птицу пронзили три стрелы.

– Юноша заслужил, чтобы его называли Острым Глазом, Быстрой Рукой и Быстрой Ногой, – объявил сашем, который был никем иным, как Сакандагой – потому что во всем этом он превосходит лучших моих воинов. До этого дня я не верил тому, что о нем говорят; теперь же я вижу, что рассказчики все это скорее преуменьшали.