Охота на дьявола

– Как ты думаешь, что я делал?

– Снимал пальто, чтобы укутать мои ноги?

Он покачал головой, не скрывая озорства.

– Я собирался раздеться донага и велеть тебе сделать то же самое. Это лучший способ поделиться теплом тела. Я заплатил кучеру, чтобы он несколько раз объехал квартал, если потребуется, и думал, что мы могли бы проскользнуть в дом твоей бабушки, вместо того чтобы развлекаться на очередном месте преступления. Поскольку она путешествует и дом пустует, то, считаю, довольно быстро смогу тебя согреть.

Он окинул меня взглядом, который обжигал больше, чем простое прикосновение. Его глаза обещали все то, о чём лишь намекали месяцы флирта. И в том, с какой серьезностью он говорил о моем удовольствии, не было ни тени юмора. Несмотря на холод в экипаже, мне вдруг стало жарко. Томас смотрел мне в глаза, изогнув губы в улыбке.

– Возможно, это ты будешь согревать меня. Я согласен на любой сценарий. Выбор за леди.

Я покраснела.

– Прохвост.

– Люблю, когда ты шепчешь милые пустячки.

Томас пересел ко мне, откинул полу пальто и, обняв за плечи, притянул к себе под бок. Его внимание переключилось на заиндевевшее окно, и все признаки флирта растаяли быстрее, чем снег снаружи. Вероятно, увиденное им на месте преступления было слишком жутким, раз он не стал вдаваться в подробности и так вызывающе флиртовал. Он изо всех сил старался меня отвлечь, а это всегда было плохим знаком для жертвы. Мы миновали Кэтрин-слип и повернули на Уотер-стрит.

– Уже недалеко.

Я подняла воротник, вдыхая тепло собственного тела. Здания из мерцающего светлого известняка уступили место кирпичным, испещренным щербинами и покрытым грязью. Булыжные мостовые сменились немощеными улицами, местами замерзшими и по многим причинам опасными на вид. За окном можно было заметить много исхудавших, болезненного вида детей, сбившихся в кучки между зданиями. В такое утро никому не пожелаешь оказаться на улице.

Томас, который никогда ничего не упускал из виду, крепче обнял меня.

– Большинство этих детей итальянцы. Они или сбежали из дома, или их выгнали зарабатывать деньги.

К горлу подступил комок.

– Они такие маленькие. Как они могут заработать?

Томас промолчал. Это было странно для юноши, который не упускает случая поделиться фактами по любому мыслимому поводу. Я заметила, что он не барабанит пальцами, как обычно. Я снова выглянула в окно и вдруг поняла, что он не мог заставить себя произнести.