Сотня: Сотня. День 21. Возвращение домой

И странно согревала мысль, что есть на свете место, куда можно прийти и сказать то, что не было сказано, пока человек был жив. Кто-то, может быть девушка с Уолдена, которую он видел среди деревьев, собрал упавшие ветви и разложил их у деревянных надгробий. По вечерам кладбище заливал мягкий свет, и оно казалось почти невероятно красивым. Наверное, было бы здорово, если бы на корабле тоже существовало такое место, где можно было бы поговорить с мамой, и это не казалось бы странным.

Уэллс взглянул в потемневшее небо.

Он понятия не имел, сохранилась ли после аварии связь между ними и Колонией, но надеялся, что браслеты все еще транслируют данные о составе их крови и сердечной деятельности. Тогда те, кто отправил их в путь, смогут убедиться, что человек без опаски может жить на Земле, и вскоре начнут присылать сюда новые группы поселенцев. На какой-то миг он даже дерзнул надеяться, что среди них будут его отец и Гласс.

– Что ты тут делаешь?

Обернувшись, Уэллс увидел медленно приближающуюся к нему Октавию.

Ее лодыжка быстро заживала, и девушка уже почти не хромала, хотя пока и не могла быстро ходить.

– Не знаю. Наверное, прощаюсь, – указал он на могилы. – Но я уже ухожу, – быстро добавил он, глядя, как она отбрасывает назад длинные темные волосы. – Сейчас моя очередь идти за водой.

– Я пойду с тобой, – Октавия улыбнулась, и Уэллсу стало неловко.

Длинные ресницы, придававшие ей столь невинный вид, когда она спала в палатке-лазарете, теперь добавляли ее огромным голубым глазищам какого-то дикого первозданного блеска.

– Ты уверена, что это хорошая идея? Идти далеко, а твоя нога…

– Со мной все в порядке, – она дурашливо изобразила в голосе раздраженные нотки и зашагала рядом с Уэллсом. – Хотя ты очень милый, когда беспокоишься. Слушай, – она пошла быстрее, чтобы нагнать юношу, который, сам того не замечая, прибавил шагу, – просто смешно, что все так тащатся с того, что говорит Грэхем. Ты знаешь гораздо больше, чем он.

Уэллс подобрал у палатки-склада одну из пустых канистр и направился в сторону леса, туда, где недалеко от лагеря отыскался ручеек. Теперь все, кто был достаточно силен, чтобы унести полную канистру, по очереди ходили за водой. По крайне мере, так было задумано. Хотя лично он много дней не видел за этим занятием, например, Грэхема.

Уэллс дошел до линии деревьев, а вот Октавия вдруг замешкалась.

– Ты идешь? – спросил он, оглядываясь через плечо.