Сотня: Сотня. День 21. Возвращение домой

Его взгляду открылась небольшая прогалинка между деревьев. С губ Уэллса уже почти сорвался оклик, но вдруг юноша застыл на месте.

Он увидел Кларк, которую обнимал не кто иной, как Беллами. То, как Кларк тянулась губами к этому парню с Уолдена, наполнило сердце Уэллса яростью. Оно пропустило удар, а потом яростно забилось в его груди.

Каким-то невероятным усилием Уэллс смог оторвать глаза от этой парочки и отпрянуть обратно под деревья, прежде чем приступ морской болезни заставил мир закружиться перед его глазами.

Чтобы сохранить равновесие, ему пришлось ухватиться за ветку. Уэллс хватал ртом воздух, но легкие были пусты. Девушка, ради спасения которой он рискнул жизнью, целовала другого. Она целовала того самого отморозка, из-за которого его отец, возможно, уже мертв.

– Ух ты! – прозвучал совсем рядом голос Октавии. – Их прогулочка повеселее нашей.

Но Уэллс уже отвернулся и побрел в противоположном направлении. Он смутно осознавал, что за ним спешит Октавия, задавая какие-то вопросы про аптечку, но голос девушки был почти не слышен из-за пульсации крови в его голове.

Ему не было никакого дела, отыскались ли наконец медикаменты. В природе не существовало лекарства, которое могло бы вылечить его разбитое сердце.

Глава 18. Кларк

К тому времени, как Кларк и Беллами с найденной аптечкой добрались до лагеря, уже стемнело. Кларк провела в лесу всего несколько часов, но, когда она вернулась на поляну, ей показалось, что прошло несколько жизней.

Большую часть пути они молчали, но каждый раз, когда рука Кларк случайно задевала Беллами, по ее коже будто пробегал электрический разряд.

Первые несколько минут после их поцелуя она была смущена, подавлена и, заикаясь, бормотала извинения, пока Беллами усмехался. В конце концов он со смехом оборвал ее невнятное бормотание, сказав, чтобы она ни о чем не беспокоилась.

– Я знаю, что ты не из тех девушек, которые бросаются в лесу на всех парней без разбора, – с озорной усмешкой сказал он, – хотя, может, лучше бы ты была как раз такой.

Но, когда они дошли до поляны, все мысли о поцелуе были вытеснены из ее головы неясными очертаниями палатки-лазарета. Кларк поспешила вперед, поправляя под мышкой контейнер с медикаментами.

Палатка была почти пуста, в ней оставались лишь метавшаяся в бреду Талия и, к изумлению Кларк, Октавия, которая как раз устраивалась на своей старой койке.

– Остальные палатки такие маленькие, – сказала Октавия, но Кларк лишь кивнула в ответ.