Карантин

Я весь покрыт холодным потом и постоянно сжимаю и разжимаю кулаки, пытаясь унять покалывание в пальцах. Хочу последовать советам, которые вычитал в сети, чтобы выровнять дыхание, но вдруг не могу вспомнить ни одного. Поверить не могу, будто считал, что справлюсь с перелетом. Поверить не могу, что тут ЦКЗ. И поверить не могу, что мы направляемся на карантин. Они говорят про моно, но я готов ручаться: это Эбола. Спорим, что Флора была права. Слова сотрудника ЦКЗ не сравнятся с той тревогой, которую я чувствую. Руки немеют, пот покрывает тело.

Я сажусь, и Флора тоже садится рядом, глядя несколько обеспокоенно и, может быть, немного раздраженно. Ее губы двигаются, но я не слышу ни слова.

Смотрю в телефон, даже не осознавая, что держал его все это время, и начинаю набирать сообщение Келси, но понятия не имею, что сказать. Руки дрожат, я по-прежнему не чувствую пальцев. Меня накрывает вина за то, что я думал в первую очередь о Келси, и начинаю писать маме, но снова запинаюсь, не понимая, что сообщать.

Поездка кажется быстрой, мы выруливаем в большой промышленный двор и останавливаемся перед воротами базы, от которых мне становится жутко. Флора подхватывает свои вещи и смотрит на меня.

– Ты там в порядке?

Я прерывисто вздыхаю.

– Как никогда хорошо. – Это попытка пошутить, и Флора криво улыбается.

Нас поторапливают выйти из фургона во двор перед базой, где сотрудники ЦКЗ с планшетами в руках выкрикивают имена пассажиров рейса. Флора тащит меня к одному из сотрудников. Даже не знаю, осознает ли она, что держит меня за руку, или просто схватила на автомате.

Сотрудница окидывает нас взглядом.

– Вы двое вместе?

Флора смотрит на меня, затем на наши сцепленные руки.

– Ага.

– Имена.

Вместе. Слово эхом отдается у меня в голове. Это не то слово, которое я использовал бы по отношению к себе и кому бы то ни было еще. Флора держит меня за руку, чтобы я почувствовал себя лучше и сдержал паническую атаку, и поэтому сказала, что мы вместе, но чувствую странное ощущение внутри и понимаю, что это вина.

Невольно задаюсь вопросом: что подумала бы Келси, увидев, как мы с Флорой держимся за руки и мои пальцы обхватывают мягкие пальцы Флоры? Я, вероятно, должен просто отнять руку, но внезапно она сама оказывается на свободе. Флора вновь смотрит на меня выжидающе и что-то говорит.

– Чувак, как твоя фамилия?

– А?

– Ты Оливер?..

Флора и сотрудница ЦКЗ пристально смотрят на меня.

– А. Точно. Рассел.

– Окей.