Эхо между нами

До этого я вежливо попросила разрешения сделать свой исследовательский проект самостоятельно. Она ответила коротко, просто и по существу:

Нет. Одна из целей этого проекта – научиться работать с другими людьми. Это очень важный навык, который вам понадобится в будущем.

Я не согласна. Абсолютно. У меня нет никаких намерений связывать свое будущее с какой-либо коллективной работой.

– Ты внесла чек за аренду? – спрашивает папа, выводя меня из меланхолического состояния.

– Да.

– Ты можешь составить таблицы для наших новых жильцов? Не сегодня, завтра, например, ведь тебе тоже нужно выспаться.

Я их уже сделала. Аренда, коммунальные услуги, непредвиденные расходы…

– Да, я поняла.

– Ты включила сигнализацию?

– Да. Дома я в безопасности, пап, и со мной все в порядке.

Повисает какое-то волнительное молчание, но меня оно нисколько не смущает. В конце концов папа прочищает горло, и его голос звучит грубее обычного:

– Я люблю тебя, орешек.

Мое сердце согревается от его слов.

– Я тоже тебя люблю.

Он вешает трубку, а я устраиваюсь в удобном кресле на колесиках из искусственной кожи и с высокой спинкой. Многие ребята моего возраста скорее всего испугались бы, останься они ночью одни в большом доме. Но с тех пор, как мы переехали сюда – а тогда мне было одиннадцать, – темнота меня не пугает. На самом деле в темноте ночи есть свое утешение. Она похожа на мягкое тяжелое одеяло. На объятия мамы.

Я кручусь в кресле, думая, что мне нужно найти кого-то для своего проекта.

Кого-то с машиной, с кем будет легко встретиться, и кто охотно будет работать со мной, а еще будет полностью согласен с тем, что я хочу исследовать. Эта тема для меня – весь мир, буквально жизнь и смерть.

Мой мобильник вибрирует, и я смотрю на текст.

ГЛОРИ: «Тебе нужно связаться со мной. Я вижу в твоем будущем вещи, которые меня волнуют».

Меня тоже волнуют некоторые вещи относительно моего будущего.

Краем глаза замечаю какое-то движение. Тень. Я едва различаю размытое пятно, и оно устремляется из гостиной к лестнице, ведущей в фойе на первом этаже. Мое сердцебиение ускоряется. Уже за полночь. Это время, когда дом оживает. Без сомнений, я не видела детей с тех пор, как сама была ребенком, и жажду увидеть их снова.

Я встаю со своего места и медленно иду следом за странным движением. Нажимаю несколько кнопок, и сигнализация отключается.