Когда выйдет солнце…

Сознание покидало ее, но Мика старалась не рухнуть в воду, чтобы ее не унесло в море. Прошла, кажется, целая вечность, пока волна не отступила. Мика тряслась, пытаясь разжать пальцы. Она посмотрела вниз и заплакала, увидев кусок стекла, который торчал из ее бока. Кровь хлестала из раны, а пальцы мертвой хваткой все еще держали арматуру. Мика с трудом разжала их и повалилась вперед. Стекло вышло из ее плоти, напоследок резанув больно края раны, и осталось в разбитой раме окна. Девушка упала лицом в сырую землю.

От острой боли свело все тело, и Мика все-таки не удержала себя в реальности. Ей казалось, что она провалилась в темноту. Было страшно, она барахталась в этой темноте так же, как в воде, которая хотела утянуть ее в свой плен, и тут у нее тоже ничего не получалось, ведь тьма была не ощутима, как вода. Когда Мика устала сопротивляться, она расслабилась и полетела вниз, в неизвестную бездну, которая ее звала.

Мика приходила в себя пару раз, она не видела, что происходит, да и слышала плохо – от взрыва ей заложило уши.

Она помнила, что ее кто-то нес на руках, помнила грубый мужской голос, который громко говорил: «Подгони машину ближе! Звони Уоррену! Пульс есть! Ну, же! Живее! Чего застыл?». Потом она пришла в себя, когда ее куда-то везли, шумел мотор, покачивало, а кто-то прижимал пальцы к ее шее, видимо отсчитывая пульс, и снова этот же голос, но что он говорил на этот раз Мика не разобрала, снова теряя сознание.

3.

В ушах звенело, противно и громко.

В коридоре слышались голоса, тихие, слов было не разобрать, но там точно был отец, и тот голос, который ее спас, по крайней мере, Мика так думала, и помнила его очень хорошо. Кроме знакомых голосов, был еще один – его она не узнавала. Мика попыталась открыть глаза, но не получилось, хотя она понимала, что в сознании и эта уже не та тьма в глазах, в которую она недавно падала. Все тело затекло, она его просто не чувствовала, а когда попыталась пошевелиться, то каждую клетку пронзила острая боль. Казалось, болели даже ногти и волосы. Мика с трудом смогла поднять веки. Яркий белый свет ударил по глазам внезапно и больно, слезы огромными горошинами посыпались наружу. Она завыла от боли. Дверь тут же распахнулась и в палату, где была Мика, вбежали несколько человек. Чьи-то грубые пальцы коснулись ее лба.

– Тише, тише. – шептал незнакомый голос, который она слышала в коридоре. Мика, наконец, смогла медленно открыть глаза снова.