Свидетель Мертвых

– Мы не знаем, – ответил я, бережно разворачивая бумагу. Но осторожность оказалась излишней: чернила расплылись и превратились в серовато-лиловое пятно, слов было не разобрать. – Ничего полезного.

Я дотронулся до лба покойной – холодная, жалкая, беззащитная плоть – дом, обреченный на снос, но пока что не снесенный. Обитательница еще не покинула его. Не совсем.

– Вы сможете? – спросил Аджанхарад.

– Да, – ответил я.

Молитва о сострадании к умершим была мне слишком хорошо знакома. Женщина забыла свое имя, забыла, кто желал ей смерти и почему.

Но момент гибели она помнила. Она была еще жива, когда ее тело ударилось о поверхность воды. У нее перехватило дыхание. Незнакомка помнила, как упала с пристани – точнее, ее с силой толкнули вниз. Она помнила черную ледяную воду, кирпичную набережную, помнила, как в панике хватала ртом воздух.

Она не умела плавать. Несмотря на близость реки, каналов, озера, немногие жители Амало обладали этим навыком.

Я чувствовал, как бархатное платье тянуло ее ко дну.

Бархат быстро пропитывался водой, становясь все тяжелее. Она пыталась звать на помощь, но в рот попала отвратительная тухлая вода. Женщина не успела даже понять, что умирает: внезапно она почувствовала страшную боль в затылке, и все было кончено.

Оказалось, что она все-таки не утонула.

Я убрал руку и, отступив назад на пару шагов, разорвал связь с умершей. Связь исчезала не сразу, требовалось несколько мгновений; лишь после этого я мог снова прикасаться к ней, не опасаясь, что меня затянет в ее воспоминания о смерти.

– Есть что-нибудь? – без особой надежды спросил Аджанхарад.

– Имя не удалось узнать, – сказал я, поскольку ему прежде всего нужно было имя. – Но это точно убийство. Не самоубийство и не несчастный случай.

– Бедная женщина, – произнес лейтенант, благословляя умершую ритуальным жестом.

– Она была еще жива, когда упала в воду, – продолжал я. – Но умерла не от утопления. Взгляните. – Я осторожно ощупал затылок трупа и повернул голову, чтобы Аджанхарад смог увидеть глубокую рану.

Лейтенант содрогнулся – ему почти удалось это скрыть, но прижатые к голове уши его выдали.

– Это лучше, чем утонуть, – заметил я.

Он сухо ответил:

– Мы обязательно сообщим об этом ее родным. Если у нее остались родные. Поскольку нам ничего не известно о ее семье, а времени крайне мало, мы обращаемся к вам от ее имени. Будете ли вы ее Свидетелем?

– Да. – Я прокрутил в голове чужие воспоминания.