Последнее обещание

Девушка прочистила горло и выпрямилась, услышав, как кто-то отодвигает засовы. Дверь открылась, и ночную тишину нарушил звук колокольчика. Пожилой джентльмен успел накинуть халат, но его зубы, вероятно, так и остались в стакане на прикроватной тумбочке.

Нахмурившись, он взглянул на них сквозь очки в толстой оправе:

– На дворе час ночи.

– Именно это я только что ей и говорила. – Вайолет потянула дочь за руку. – Простите, что разбудили вас, мистер…

– Бикерстафф, – представился он, осматривая Вайолет с головы до ног.

 – Но что с вами стряслось?

– Это очень долгая история, мистер Бикерстафф. Простите, пожалуйста, что разбудили. А теперь мы пойдем дальше и…

– Мы в отчаянии, – перебила ее Тара дрожащим голосом. – Помогите нам, пожалуйста.

Поджав губы, Вайолет бросила недовольный взгляд на дочь, а затем повернулась к Бикерстаффу:

– Ну, не то, чтобы в отчаянии, на самом деле…

– Хватит, мам, – отрезала девушка. – Нам очень нужна помощь. Забудь о своей гордости.

Женщина бросила мешок на пол, пригладила пальцами мокрые волосы и, вздернув подбородок, проговорила с дикцией телеведущей:

– Мы хотели бы поинтересоваться насчет комнаты, которую вы намерены сдать в аренду.

Мистер Бикерстафф перевел взгляд с одной на другую, а затем приоткрыл дверь немного шире.

– Тогда почему бы вам не войти и не взглянуть на нее?

Они последовали за хозяином через магазин, тщательно обходя многочисленные щетки, корзинки, банки с краской и коробки с разнообразными тряпками.

– А у вас тут много товаров, – констатировала Вайолет, протискиваясь в узкий проход.

– Угу, ступайте осторожнее.

По деревянной лестнице они забрались на второй этаж и остановились, терпеливо ожидая, пока хозяин перепробовал с десяток ключей в поисках нужного.

– После вас, мисс.

Мать с дочерью вошли в комнату, а мистер Бикерстафф включил свет. Большую часть пространства внутри занимала двуспальная кровать. В одном углу расположился потрескавшийся умывальник, а в другом – небольшой шкаф.

Оранжевый свет уличных фонарей с легкостью проникал сквозь тонкие, изъеденные молью занавески. В чугунном викторианском камине разместился обогреватель. Пахло довольно приятно, если, конечно, любишь запах засохшего печенья.

Вайолет схватила дочь за руку.

– Это… ммм… очень…

– Нам подходит, мистер Бикерстафф, – сказала Тара, бросив взгляд на мать, на лице которой было написано полнейшее отчаяние. – Все просто великолепно.