Сумасбродка

Он тряс мерзавца что было сил и уже готов был, злорадно улыбаясь, врезать негодяю по физиономии, но тут вор умудрился пнуть своего мучителя по коленке.

Барон взвыл от боли и, ухватив мальчишку за шею, прижал его к стенке денника, в котором стоял Вильгельм Завоеватель. Огромный жеребец пронзительно заржал. Ему тут же откликнулся Брюстер.

– А ну не шуметь! – повелительно крикнул Грей. – Я мигом вышибу дух из этого щенка за то, что он попытался свести Дурбана, у которого наверняка помутилось в башке, раз он позволил ему это!

Сам Дурбан в эту минуту невозмутимо стоял рядом и жевал сено.

Грей посмотрел на вора, который бессильно повалился на солому, ошалело тряся головой, – и расхохотался:

– Что, мозги отшибло, придурок? А ну вставай, тощая скотина! Я собираюсь переломать тебе еще пару-другую ребер!

Но вор даже не двинулся с места. Он лежал теперь совершенно неподвижно, и Грею пришлось самому наклониться, чтобы поднять его на ноги.

– Только попробуй снова пинаться – будешь лететь отсюда до самой Темзы! – Он грубо встряхнул обмякшее тело.

 – И не вздумай скулить, щенок! – С этим напутствием Грей ударил негодяя в челюсть и затем отпустил. Вор снова растянулся на полу. – Это тебе задаток! А ну-ка поднимайся, черт бы тебя побрал!

Однако вор по-прежнему лежал не шелохнувшись.

Ну что за проклятие! Трусливый мешок с костями имел наглость потерять сознание всего лишь от какого-то несчастного пинка под ребра! Или это результат удара в челюсть? Грей даже разогреться толком не успел, а недоносок взял да и свалился без чувств… Подхватив вора под мышки, барон поставил его на ноги и принялся хлопать по щекам, но все было напрасно.

Мальчишка никак не приходил в себя и внезапно стал таким тяжелым, что Грею пришлось разжать руки. Вор кулем рухнул на землю.

– Черт бы тебя побрал! – Грей опустился на одно колено и уже собирался зажечь лампу, чтобы повнимательнее рассмотреть непрошеного гостя…

Но ему так и не удалось этого сделать. Внезапно ожив, вор ткнул кулаком Грею в лицо и, пользуясь его замешательством, вскочил.

– Ах ты, мерзкий сопляк! – воскликнул Грей, потирая ушибленную челюсть. – Так я и знал! Тощий и скользкий, как червяк! Ты ведь еще даже не начинал бриться, а? Но я все равно отвешу тебе все, что причитается! Потом десять раз подумаешь, прежде чем соваться в господские конюшни и воровать чистокровных лошадей!

Не отнимая руку от саднившей щеки, барон сделал резкое движение, стараясь поймать мальчишку.