Затерянные во времени. Огненная королева

Следует ли ей рискнуть и вернуться, чтобы потом служить этой ужасной королеве? Разве не стоит встретиться с отцом и каким-нибудь образом переместить его в свой век? Ее родной век. Она знала, что это не его время, но он приспособится.

– Вы отдали бы его мне за пятнадцать долларов, Элси?

Элси посмотрела на Роуз. Ее голубые глаза, которые до этого сияли от радости, внезапно стали тусклыми, как при затмении: не застило ли их облако жалости?

– О, это слишком много. Забирай за десять, – весело ответила она. Однако Роуз показалось, что женщина сказала это несколько наигранно.

«На мне что, написано, что я сиротка?» – подумала Роуз.

Когда они вышли из магазина, Роуз почти чувствовала на спине взгляд Элси. «Она заинтересовалась мной. Но Элси не может ничего знать». Роуз оттолкнула от себя это ощущение и задумалась о Марисоль. Почему эта девушка с блестящими карими глазами заинтриговала ее? Она казалась очень хрупкой, но сильной, настолько, что Роуз не могла себе и представить.

Но вопросы не о Марисоль, а о собственном затруднительном положении продолжали преследовать Роуз.

Не слишком ли рискованно возвращаться?

* * *

Час спустя Роуз была в оранжерее с бабушкой. Они часто ужинали в одном конце стола с рассадой.

– Ты копаешься в еде, деточка, – сказала ей бабушка. – Тебя что-то беспокоит?

– Э-э-э… нет, не совсем…

Бабушка знала о ее путешествиях во времени. Розалинда Эшли сама была путешественницей, как и мать Роуз. «У нас такой ген», – объясняла ей бабушка. Но те века, по которым путешествовали они, были не так опасны, как те, куда попала бы Роуз по возвращении.

Через несколько лет Мария Тюдор будет известна как «Кровавая Мэри»: за твердость, с которой сжигала на костре еретиков – протестантов и всех, кто не состоял в католической церкви. Скольких она тогда убила?

– Знай врага своего, – пробормотала бабушка.

Роуз застыла на месте. Бабушка словно прочла ее мысли. Какая жуть!

– Что? – воскликнула Роуз. Бабушка наклонилась над подносом саженцев, которые посадила неделю назад.

– Клещи все портят. Подай мне распылитель.

Роуз подала, и Розалинда стала обрызгивать саженцы. Ее рот открылся, а глаза за толстыми линзами очков сузились.

– Мелкие паршивцы. Вот так! Я их истреблю! – воскликнула бабушка, нажав на курок пульверизатора.

Бабушка, конечно, знала своего врага, но знала ли Роуз королеву Марию? Когда враги саженцев были истреблены, бабушка широко зевнула и уронила голову на грудь. Через минуту она заснет.