Дочь викария

– Да, Дарби, к сожалению, и мне нужно понять, что с этим делать.

– Он стал настоящим мужчиной. Верно?

Мегги кивнула.

«Не просто настоящим. Он был необыкновенным, еще когда мне только исполнилось тринадцать. Теперь он здесь и предназначен мне. Мне одной. Спасибо тебе, Господи».

– Мегги! – окликнул дядя Дуглас. – Попроси Дарби принести нам чаю с пирожными!

– Сию минуту, мисс Мегги, – пообещал Дарби, слегка поклонился и исчез в глубине большого дома.

Не успела Мегги переступить порог, как до нее донесся звонкий голос Алекс:

– Неужели вы не знали, Джереми, какая превосходная наездница наша Мегги? А, вот и ты, любовь моя.

– Когда мы в последний раз встречались, Мегги, тебе было всего тринадцать, и ты повсюду таскала за собой малыша Алека, обучая его названиям цветов. Я спросил у тебя название какого-то розового бутона, и ты растерялась, ответила, что не помнишь, а потому изобрела его сама, и не одно, а несколько, так что Алек даже не сумел повторить все.

Мегги широко улыбнулась.

– Я пообещала отцу и Мэри Роуз, что, если у них будут еще дети, я сама научу их всему. Но названия цветов мне никак не давались, ни тогда, ни сейчас. По мне роза есть роза, а все остальное – набор различных запахов. Алеку уже семь, представляете? А Рори – четыре.

– С удовольствием жду встречи с твоей семьей.

– Сколько ты пробудешь в Лондоне, Джереми? – осведомился Дуглас.

– Видите ли, дядя Дуглас, я приехал сюда по весьма важному поводу.

Мегги выпрямилась. Слова так и сыпались с языка, потому что она, похоже, никак не могла сдержаться.

– Ну же, Джереми, не молчите! Признайтесь, вы приехали специально, узнав о моем первом сезоне?

«Ты приехал, потому что не мог иначе? Нечто непонятно сильное привело тебя сюда, и теперь, увидев меня, ты понял, что именно».

Но вид у Джереми сделался абсолютно непонимающим, правда, только на мгновение.

– Не только о твоем сезоне, Мегги.

Он немного помедлил, открыл рот, взглянул на тетку с дядей, словно собираясь добавить что-то, но в этот момент Дарби объявил с порога:

– Милорд, кухарка послала вам свои любимые лимонные пирожные. Уведомила меня, что лорд Стэнтон-Гревилл также любит их больше всех остальных.

– Совершенно верно, – кивнул Джереми. Беседа как-то не заладилась, и Алекс принялась разливать чай и передала по кругу блюдо с пирожными.