Кульминация страсти

Ему пришлось расстаться с Тленной после самого запоминающегося переживания в его жизни – и все ради известной ему с детства мантры: семья превыше всего. И что же случилось с этим правилом сейчас?

Губы Бродерика были плотно сжаты: он не был уверен, что способен сдержаться и не наговорить чего-нибудь такого, о чем позже пожалеет. У его братьев и сестер не было этой проблемы, поэтому все наперебой что-то говорили, так что даже было сложно разобрать, кто и что именно сказал. Бродерик отбросил мысли о Гленне и вернулся к вопросу о семейной компании:

– А что насчет слухов о продаже акций? Отец, если вы встречались у нее в офисе, кто-то еще может об этом знать.

И ты прекрасно понимаешь, как это сказывается на финансовом положении обеих компаний.

– Да, по этому поводу, – Джек Стил откусил небольшой кусочек вафли, – мы хотим вместе со всеми вами подготовить презентацию для совета директоров о слиянии обеих компаний.

Слиянии?

Обычные компании могут объединяться. Но это все равно что объединить порох и спички.

Результаты будут разрушительными и уничтожат все, что они с таким трудом построили.

Бродерик подозревал что-то подобное еще с того момента, как узнал о продаже акций, и сейчас его гнев вырвался из-под контроля. Отец собирается уничтожить то, чему Бродерик посвятил всю свою взрослую жизнь, – и он не собирался с этим мириться.

– Слияние компаний? Серьезно? Ты не можешь ожидать, что мы… что я соглашусь пойти на это.

Джек Стил наклонился, чтобы оказаться лицом к лицу со своим сыном.

– Именно этого я и ожидаю. Не забывай, я по-прежнему основной акционер «Стил индастриз», а Джинни – основной акционер своей компании. Конечно, у совета директоров могут быть сомнения. Как и у тебя, и у Гленны. Но мы с Джинни все продумали. Настало время закончить эту вражду. Мы готовы сделать все ради этого. И ты можешь либо присоединиться, чтобы наша новая компания стала еще сильнее, либо продать свою долю, и я куплю ее у тебя по честной рыночной цене. Дело за тобой.

– Осторожнее, брат! – предостерегающе произнес Конрад, кладя руку Джеку на рукав.

 – Неужели ты собираешься отказаться от собственного сына? Своей плоти и крови?

Бродерику тоже было это интересно. Но если его отец ожидает, что он сдастся без боя, то очень глубоко ошибается.

Джек некоторое время молчал.

– Я ничего не сказал про «отказаться». Я сказал, что, если кто-то хочет выйти из доли, вы можете это сделать. Но я всегда рад видеть свою семью в своем доме.

Заговорил Маршалл.