Когда распускаются розы

 – Зато весь ассортимент замороженных полуфабрикатов знаком мне, как никому другому. Скажите, вы согласитесь выйти за меня замуж?

Фиона постаралась унять невольную дрожь (он всего лишь шутит!) и закатила глаза:

– Готова поспорить, вы это говорите всем девушкам.

– Если честно, я не говорю этого никогда. – Колин произнес это неожиданно серьезно. – За плечами у меня недолгий и печальный опыт супружества, который заставил меня понять, что по природе я слишком вольный и безответственный для брака человек.

Но для вас я, пожалуй, готов сделать исключение и измениться в лучшую сторону. – Он обаятельно улыбнулся. Конечно же, он шутил. Потому что если он всерьез, у нее осталось слишком мало сил и слишком болит нога, чтобы прямо сейчас с воплями умчаться в ночь. Да и не стоит убегать из собственного дома.

– Большое спасибо, – вздохнула Фиона. – Но я могла бы ответить согласием только своему заклятому врагу. Я еще недостаточно хорошо вас знаю, чтобы понять, относитесь ли вы к списку этих людей.

– Интересно. – Он даже жевать перестал. – То есть, вы думаете, что жениться на вас – незавидная участь?

– Я не думаю, я знаю это. – После того, как Колин намекнул, что он не самый подходящий кандидат в мужья, Фиона невольно расслабилась и приняла такой же шутливый тон. – Думаю, вам надо быть поосторожнее, делая подобные предложения направо и налево, по крайней мере до тех пор, пока вы не найдете подходящую женщину и не познакомитесь с ней поближе. Пока же вы сильно рискуете.

– Полностью с вами согласен, но в вашем случае я уже знаю все, что нужно. Так вкусно я не ел уже целую вечность… – Он подумал и решительно кивнул: – Наверное, даже никогда. Черт, где вы научились так готовить?

– У мамы. Ее семья по большей части родом из Болгарии. Мама обожала заниматься стряпней, а мы, три девчонки, всегда крутились поблизости и помогали ей. – Фиона ностальгически улыбнулась. Она помнила, как оживала кухня, когда мама принималась готовить.

Вот именно – оживала. Мама рассказывала какие-то сказки своим дочуркам – про пляшущие сковородки, про помощницы-кастрюльки, но Фиона их уже, конечно же, не помнила. Зато вкус маминой стряпни помнила с детства. Раньше она полагала, что тоже будет придумывать подобные сказки для своих детей, но теперь… Так, стоп, не надо об этом задумываться, лучше вернуться к неторопливому светскому разговору. – Моя старшая сестра – настоящий кулинарный гений.