Имя для героя

– Слушаю вас, – как бы со стороны услышал Вениамин Александрович свой голос, и не было в этом голосе ни тени страха и ни нотки сомнения. Потому что российский чиновник, находящийся на своем рабочем месте, это по определению практически неуязвимый человек.

– Подпиши челобитную, боярин! – с каким-то стонущим полувсхлипом произнесла фигура, и почудился чиновнику Трентиньянову в этом стоне-всхлипе замогильный холод и беспредельная тоска. – Подпиши. Христом Богом прошу! Ибо не будет покоя ни тебе, ни мне, доколе…

– Вениамин Александрович, вы здесь? – веселый голос новоприобретенной секретарши Тони заставил вздрогнуть и Вениамина Александровича, и его жуткого гостя.

Темная фигура как-то ссутулилась, качнулась, заскользила по паркету в дальний от Вениамина Александровича угол и там без остатка растворилась – будто всосалась в стену.

– А почему в темноте сидите? – щелкнул выключатель, и под потолком вспыхнул свет. – О, Господи! Да на вас лица нет!

– Трентиньянов достал платок и мелко дрожащей рукой отер со лба рясный пот.

– Что-то мне, Тоня, как-то вдруг нехорошо стало, пробормотал он и попытался улыбнуться. – Впрочем, с вашим появлением, все уже почти прошло.

– Ничего, это бывает, – многообещающе улыбнулась в ответ Тоня и предложила. – Поедемте ко мне, я вас кофе напою.

И Вениамин Александрович согласился.

Вместо кофе дома у Тони оказался почему-то коньяк, и Трентиньянов сам не заметил, как напился. Да так, что дальнейшее произошло само собой.

Покинул Вениамин Александрович квартиру своей секретарши в шесть часов утра с мерзкой головной болью и смутными воспоминаниями о Тониных умелых ласках. Конфликт с женой, однако, был улажен довольно быстро, так как ничего подобного с Трентиньяновым раньше не случалось, и вообще ему практически не пришлось врать, – он действительно мало что помнил.

Молодой и здоровый организм взял свое.

Контрастный душ, обильный завтрак и две чашки крепчайшего кофе быстро вернули Вениамину Александровичу уверенность в себе и, хотя воспоминание о вчерашнем происшествии в кабинете продолжало тревожно прятаться где-то в глубинах сознания, Трентиньянов решил жене пока ничего не рассказывать, а окунуться с головой в работу и посмотреть, что будет дальше.

В конце концов, думал он, все это – не более чем шуточки подкорки, в нужный момент расторможенной водкой – и к черту всякую мистику!

Следующий месяц прошел спокойно.