Сердце дьявола

Меня проведут по Оплоту, я поищу предназначение, а затем… Что ж, затем будь что будет.

С приходом ночи в камере стало невыносимо сыро. Влага скатывалась каплями по стенам, а под окном образовалась лужа от бушующей на улице грозы. Редкие вспышки молний озаряли камеру, и я видела странные изображения над лежанкой и вокруг нее. Эти рисунки напоминали древние обереги. Поначалу они не привлекли моего внимания, ведь были заботы поважнее. Но с приходом ночи все становилось более зловещим, а мои нервы неизбежно начинали пошаливать.

Древние сулили лишь опасность.

В те времена ведьмы были по-настоящему злыми. Я слышала, что их талисманы питались кровью, а магия требовала ужасных жертв. Обереги древних были опасны как для недоброжелателей, так и для самих хозяев: маленькие соломенные куклы душили владельцев, если те относились к ним без должного уважения или забывали оставить подношение.

Я чувствовала в камере чужое присутствие. То была магия, возникшая до рождения самой богини Истле.

Я испуганно озиралась, будто в углу могло сидеть темное нечто, созданное еще предыдущей пленницей, и жутко голодное.

Казалось, мрак стал плотным и густым, и только вспышки молний держали его на расстоянии. Я подтянула колени к груди, чтобы согреться и – чего уж греха таить? – убрать ноги подальше от этой пугающей, живой темноты камеры.

Снизу послышалось слабое пищание. Видимо, крысенок подполз к моему сапогу и там пригрелся, а я даже не заметила.

Опускать руку под лежанку было страшно, но оставить живое существо в одиночестве я не могла. С замиранием сердца я нащупала теплый влажный комок и поднесла его к груди. Крысенок пищал и вертелся, пытаясь укусить. Я уложила его к себе на живот, где был плотный корсаж, и снова притянула к себе ноги. Крысенок оказался в теплой ловушке. Он немного попищал, попытался вскарабкаться на коленку, но в итоге пригрелся и уснул.

С ним мне стало немного легче. Казалось, темнота прекратила угрожающе поглядывать на меня, как на новый обед, и тоже улеглась.

Я привалилась к стене, морщась от омерзительного ощущения: мокрый крошащийся камень источал холод.

Усталость одолела меня. Я прикрыла глаза и забылась тревожным коротким сном, уже зная, что меня ждет очередной кошмар.

И снова появились они: два огненно-красных глаза. Они преследовали меня каждую ночь. И ни скрыться от них, ни сбежать. Они всегда были рядом, наблюдали.