Дневник Эбигайл

– Столик? – скривился отец вновь – на кой черт нам таскать этот столик? Я его с переезда не трогал. Где стоял там и стоял. Венди?

– Зачем он мне – дернула плечами мама – пока есть дела поважнее.

– Ну конечно – кивнула я – все не при делах, как всегда. Семья святых. Давайте зачитаем молитву, успокоим бога до следующего утра, и я пойду напишу сочинением о том, какая у меня идеальная семья.

Однако, уже возле лестницы, я резко обернулась к ним вновь.

– И проверьте Барри. С ним явно нелады.

– А с ним что не так? –недовольно уточнила мама.

– Он не реагирует на посторонних. Раньше лаял на любой шум.

– Разве у нас есть посторонние?

Я вспомнила, как долбала калитка пару дней назад, но за те пару мгновений, что я встала с кровати, она вновь оказалась запертой.

– Не всегда, но думаю, бывает. И не удивлюсь, если это мои новые друзья, которых я нажила в школе благодаря вам.

– Что за новые друзья?

Но я уже взбежала вверх в комнату.

Ночью я проснулась от собачьего лая.

Подошла к окну и обнаружила, что калитка не долбает. Она просто открыта настежь. Шерсть Барри вздыбилась. Он лаял, что есть мочи. Только смотрел не по ту сторону, а по эту.

Словно видел кого-то внутри нашего двора.

Я не видела никого. Открыла окно и попросила пса заткнуться.

Конец записи.

6 сентября 2013 года

У меня новости!

Наконец-то, прогнозы отца больше неверны. У меня появились друзья. Ну, сложно назвать их друзьями и вообще знакомство получилось странным, но лучше что-то, чем ничего, ведь так?

Я сидела за ланчем, как всегда одна, когда ко мне подсел какой-то парень.

Он был худощавый, а на голове роились спутанные черные кудри.

– Можно? – но спросил он, уже когда сел.

Я равнодушно пожала плечами.

– Ты ведь Эбигайл Хиггинс? – спросил он.

– Ага – буркнула я – уже знаешь про брата?

– Чего? А, ты про того дауна – отмахнулся он, но тут же сконфузился –прости, я типо не то хотел сказать.

– Все норм – усмехнулась я – наоборот, все верно. Он даун. Бесит меня обхождение этого слова. То же самое, что не называть афроамериканца «черным». Он же черный, в чем трабл?

– А ты мне нравишься – усмехнулся он.

– Ты меня не знаешь.

– Мне хватает того, что ты не топишь за негров, не выносишь мозг за брата и живешь в доме на Гарисон-Роуд 143.

Я нахмурилась и покосилась на него.

– Ты что, долбанный извращенец?

– Что? Нет.