Отряд

Перед худым и длинным Матвеевым он смотрелся как петух перед цаплей. – Откуда мне знать, что у них на уме?! Может, они нас потом, тех, кто останется, перестреляют, чтобы не возиться! А оружие, Олежек, и отнять можно – это я тебе как разведчик разведчику конфиденциально сообщаю.

– Мне вот интересно, – прогудел Малышев, – зачем им все-таки надо, чтобы мы тут у них воевали? Неужто сами разобраться не могут? Как-то неправильно это, что ли…

– Да ставят они на нас, мать их!.. – зло выкрикнул Валерка.

 – Кто-то из них на нас, а кто-то на немцев. Пари заключили, суки… – он длинно и витиевато выругался.

– Ладно, – хлопнул кулаком по открытой ладони Велга. – Обмен мнениями закончен. Подвожу итог. Ввяжемся в драку, а там видно будет. Нам бы только оружие обратно получить… Насчет объединения с немцами – полная глупость и чепуха. И думать не смейте. Если забыли, то могу напомнить, что они для нас – лютые враги. А врагов убивают. И мы их будем убивать так же беспощадно, как и раньше.

А вам, рядовой Стихарь, я чуть позже объясню вашу ошибку – И Александр незаметно подмигнул ростовчанину.

ГЛАВА 5

Бой длился уже около часа.

Противники вступили в огневое соприкосновение через четыре с половиной часа после того, как были доставлены в эти пологие, порыжевшие от солнца и времени холмы.

Стараясь занять более выгодную позицию, оба взвода продвигались все выше в горы, пока наконец не встретились лоб в лоб в неглубокой долине, по дну которой шустро журчала мелкая и узкая речка.

Когда-то здесь, видимо, было довольно крупное поселение сварогов, и сейчас разбросанные по пологим склонам долины и речным берегам остатки каменных стен и фундаментов послужили прекрасным укрытием для солдат, так что к исходу первого часа боя стороны потеряли по два человека убитыми, а тяжело раненных не было вовсе.

В общем-то серьезным боем то, что происходило в этой безымянной долине среди древних и пыльных развалин, было назвать трудно.

Обе стороны явно не хотели лезть на рожон, берегли патроны и никак не могли разозлиться для настоящего дела.

Положение оставалось патовым еще и потому, что русские и немцы спустились в долину с двух сторон и теперь находились на противоположных берегах пусть и мелководной, но все же речки. То есть тот, кто рискнул бы атаковать первым, неминуемо должен был эту речку форсировать, подставляя тем самым себя под огонь сидящего в укрытиях противника.