Предание Темных: Вечность не предел

 – чуть запрокидываю голову, точно маленький ребенок – нет следов заброшенности..

– Если ты про то, что половина потолка не обрушилась тебе прямо на голову, открывая небо господне – усмехается Дуган – так это так только в этой части. Здесь все активно приводят в порядок, открыли ведь его уже месяц как. Было бы странно, если бы, учитывая это, мы вляпались в комья паутины или провалились по самые щиколотки в дыру в полу.

– А почему занялись именно этой частью?

– Наверное, решили с самой легкой начать– бурчит он, вновь насупившись.

Ясно, его недовольство как-то связано не с самим открытием замка, а с его восстановлением.

– А что тогда в остальных, где «сложнее»?

– Там серьезные повреждения, требующие долгого и сложного восстановления.

Жму плечами, вновь оглядываясь:

– Да уж, замку повезло, что город решил позаботится о нем.

Дядя Джон хмурится еще сильнее и цедит:

– Ага, город..

Не знаю, собирался ли он добавить что-то еще, или это была оконченная фраза – потому что в следующее мгновение в одном из смежным коридоров мелькает молодой человек со стопкой книг в руках, отвлекая его внимание.

Признаться (постыдно признать, вернее) в первые секунды я даже решила, что это какое-то приведение и чуть было не вскрикнула. И лишь очки в толстенной роговой оправе, свисающей к самому кончику носа парня, заставляют меня прийти в себя.

Не знаю почему, но мой мозг убежден, что приведения очки не носят.

После смерти, типо, все изъяны и проблемы убираются, как в сказке.

– Мистер Райт – кивает Дуган, едва расстояние между нами сокращается до достаточного для рукопожатия – здравствуйте.

Однако руку осмотрительно парнишке не протягивает – если тот решит протянуть свою в ответ, уронит всю кипу книг, которые двумя-то конечностями еле удерживает.

Худенький, русые волосы реденькие – очки смотрятся слишком нелепо на худом бледном лице. Пальцы слишком длинные – «пальцы пианиста», как сказала бы мама. На первый взгляд он кажется совсем молодым парнем – но если вглядеться за стекла очков, можно увидеть россыпь глубоких морщин у глаз, так что ему точно никак не меньше тридцати.

Райт останавливается, и, видимо, узнав комиссара, улыбается в ответ:

– Добрый вечер, мистер Дуган..

Взгляд вежливости переходит на меня, как на его компаньона.. и тут Райт бледнеет еще сильнее (хотя казалось, сильнее уже невозможно). Его руки дрогают, и несколько книг падает с верхушки стопки.