Предание Темных: Вечность не предел

Теперь мы уже все с вещим интересом смотрим на Габи, а Сандра от возбуждения чуть не подпрыгивает:

– Значит, ты что-то мог видеть? Может, запомнил внешность?

Замечаю некоторую озадаченность от подобной прыти у Милли, но она по крайней мере пока не задает вопросов. Хотя и те, что задала Сандра – парень оставляет без ответа.

– Я его потом уже расспрашивала – поясняет Илинка его молчание – но он так ничего и не сказал. Ни словечка.

– Зато тебе сказал – сверкающий взгляд Сандры на меня – может, и сейчас скажет! Спроси.

– Что спросить-то? – теряюсь я.

Он конечно дебил, но не настолько же.

Он же все видит и слышит.

– Спроси, что он видел? Куда пошли незнакомец и Михай?

Я смотрю на Габи. Ноль реакции. Чувствую провал, но все же встаю и чуть ближе подхожу к нему, чтобы он точно видел, кто задает вопрос, однако касаться не решаюсь после его выпадов:

– Габи, ты видел, куда пошли незнакомец и Михай?

И на всеобщее – включая мое собственное – изумление, он вдруг резко поднимает голову, пристально глядя на меня знакомым мутным взглядом:

– На мельницу.

Разговаривали. А потом в Холодный лес. Я за ними..

Он начинает часто-часто моргать, точно испуганный зверек, после чего резко обхватывает руками голову и принимается стонать:

– Он злой! Очень черный! Он ударил меня! Я упал..

– Ударил? – хмурится Илинка – как?

Но парень не реагирует, тогда я повторяю ему ее вопрос.

– Вот так, глазами! – отвечает, пристально глядя на меня – прямо в голову! Бум!

Габи начинает усиленно изображать нечто, летящее ему в голову, а мне рядом с этим Дитем Дождя становится все больше не по себе.

Однако, поскольку я единственная, кому он отвечает – просто встать и уйти вряд ли получится.

– Спроси, помнит ли он, как тот выглядел – требует Сандра – может, лицо или предмет одежды.. хоть что-нибудь..

Повторяю парню вопрос, а сама между тем незаметно чуть увеличиваю между нами дистанцию.

Услышав вопрос, Габи уставляется в одну точку (слава богу, не на меня) и его взгляд цепенеет.

Секунды тянутся мучительно долго и я уже решаю, что он перестал отвечать и мне, как вдруг он заговаривает:

– У него страшное лицо. Он очень-очень старый.

Думаю, про Влада можно сказать так же. Да и про любого Темного в его истинном обличье. Очень-очень старый. И с большой вероятностью – страшный, безобразный. Значит, Илинка, как и ее бабка

(..такая сила у него, девочка моя, как ни тебе, ни мне ни снилась..