Предание Темных: Вечность не предел

Такой решительный, сильный и немного несчастный. Казалось, ему лишь нужно немного любви, чтобы, наконец, обрести самого себя. И я, которая сможет ему с этим помочь.. Эдак ведь у нас, девушек, всегда – подавай угнетенных да несчастных, чтобы их исцелять.

– А почему он несчастный-то?

– Ну, Явуз ведь много лет в опале у султана был, ты не знала?

Признаться, Лале вообще еще годом ранее про Явуза ни разу даже не слышала.

– Но вот до свадьбы в его несчастье весь мир был виноват – Нурай как-то обессиленно злится – а после одна я стала.

Все хорошее между нами быстро исчезло. Не нужно было ему исцеление да помощь – нужно было лишь конкретного виновного найти, и я отлично на эту роль сгодилась.

Она вновь как-то устало опускает руку в воду, словно желая найти в ней силы, после чего смотрит на Лале:

– Так что да, сейчас уже жалею, что вышла за него.

Но тут же тряхнула головой, словно бы желая прогнать грустные мысли, а вместе с ними и разговор, зашедший туда, куда не положено в семейном доме замужней женщины.

После чего вновь смотрит на корзинку Лале:

– А можно прямо сейчас начать море рисовать?

На самом деле, Лале бы сначала немного подготовиться к этому – может, посмотреть рисунки какие другие, как море выглядит, или почитать о нем, как описывают, или послушать.. но подруга выглядит такой несчастной, что ей хочется сейчас хоть посильно поднять ей настроение. Потому она с готовностью кивает:

– Конечно, можно.

Расстелив холст на мраморном парапете, Лале начинает готовить краски, смешивая цвета, чтобы получить нужные ей оттенки.

Нурай наблюдает за этим, точно за каким-то волшебством, и даже иногда подсказывает (у кромки оно чуть светлее, а у горизонта словно совсем синее-синее.. можно даже еще чуть черного добавить), каким должна выглядеть вода.

Как вдруг с внешнего двора слышится резкий звучный голос.

Нурай тут же подскакивает, точно ошпаренная, едва не перевернув часть красок, ближе к которым сидела:

– Ох нет, это он! Явуз! Скорее прячь все!

Девушка хватает полотна, краски, принимается метаться, а Лале лишь изумленно наблюдает за этим, немного опешив.

Но вот мгновение – и она уже помогает подруге сгребать принадлежности в корзину, после чего прикрывает ее салфеткой, скрывая от глаз.

– И ты, пожалуйста, прячься!

– Я? – Лале изумленно топчется – Нурай, но что плохого-то..

– Прошу тебя, Лале! – и уже спешит ее подталкивать в полутемную нишу, откуда сразу ее и не приметить будет.