Призраки Каллисто

Так и случилось, что, когда дошло до дела, лётчик-космонавт России Олег Геннадиевич Черней (тридцать один год, холост, не был, не состоял, не участвовал, кавалер ордена «За заслуги перед Отечеством» IV и III степени) оказался одним из первых в списке возможных кандидатов. Дальше всё зависело только от него, и он не упустил свой шанс.

В наушнике негромко пискнуло. И тут же мягкий женский голос произнёс:

– Олег, рубка на связи.

Голос принадлежал ИИ Василиса – искусственному интеллекту, созданному специально для задач МПК «Россия» на базе квантового бортового компьютера последнего поколения.

Тоже созданного специально для «России». Русские монтажники немедленно дали уникальному продукту IT-технологий кличку Василиса (по аналогии с персонажем русских сказок Василисой Премудрой), которая – кто бы сомневался! – прилипла намертво и со временем превратилась в имя.

Что касается рубки, то изначально, ещё в чертежах, она называлась ЦПУ – центральный пункт управления, по аналогии с ЦПУ Международной космической станции.

Однако по мере того, как корабль рос, официальное название постепенно исчезло из употребления и превратилось сначала в «рубка управления», а затем, когда некто из высокого начальства ворчливо заметил, что «такое название предполагает наличие и какой-то другой рубки, например, боевой», стало просто «рубка».

Кое-кто, охваченный военно-морским энтузиазмом, попытался пойти дальше и внедрить такие древние и специфические термины, как «бак», «ют», «шкафут» и некоторые другие, но был вовремя остановлен и подвергнут суровой, но справедливой товарищеской критике.

Так что передняя часть корабля без затей называлась «носом», задняя – «кормой», а центральная – «миделем».

Олег докрутил винт на четверть оборота (он был занят установкой дополнительного оборудования на носу корабля), аккуратно оставил отвёртку плавать в воздухе (по инструкции её нужно было закрепить в специальном гнезде на монтажном поясе, но инструкциям досконально следуют только салаги), коснулся пальцем уха:

– На связи Черней.

– Олег, это Лёха, – раздался в наушнике бодрый голос. – Ты как там, не устал ещё?

Алексей Соболев, он же Лёха, считался лучшим в бригаде космических монтажников и любил при случае потрепаться на отвлечённые темы. Впрочем, без фанатизма.

– А что, девчонки с пивом уже прибыли?

– Какие девчонки?

Потрепаться Лёха любил, но разыграть его ничего не стоило – доверчив был до невозможности, характер такой.

– Как это – какие? Ну ты даёшь.