Вечная кровь

В этом районе Сыскарь не был несколько лет и не помнил, есть ли в парке какое-нибудь заведение, где ему дадут кофе. Можно было проверить с помощью смартфона, но там заканчивался заряд аккумулятора, и Сыскарь не хотел лишний раз его включать. Вдруг важный звонок, а он не сможет ответить?

Заведение в парке было. Он сел за столик на открытом воздухе, жестом показал молодой темноволосой официантке, что желает сделать заказ. Девушка подошла и положила перед ним меню.

– Двойной «американо», какой-нибудь вкусный рогалик и пепельницу, – сказал Сыскарь.

– Рогаликов нет. И у нас не курят.

– Тогда два блина с икрой. По-нашему, по-русски. И пепельницу.

– У нас не…

– Тогда буду вынужден использовать в качестве пепельницы блюдце, – Сыскарь посмотрел на бейджик, приколотый к белому фартуку с кружевами. – Вас Таня зовут? Очень хорошо. Замечательное имя. А меня Андрей, – он улыбнулся самой своей обаятельной улыбкой. – Вы давно здесь работаете, Танюша?

– Второй день, – официантка неуверенно улыбнулась и чуть покраснела.

– Второй день! Прекрасно. Значит, это вы по незнанию. Уверен, что если вы обратитесь с этим вопросом к вашему непосредственному начальству, то оно безоговорочно разрешит мне курить здесь, на открытой террасе. Потому что такова воля клиента, а она, как известно, закон. Который в данном случае выше того идиотского антитабачного закона, который некогда приняла наша, несомненно, уважаемая, но не всегда мудрая Госдума.

Согласны со мной? Вот и чудно! Жду вас с кофе, блинами и пепельницей. Да, чуть не забыл! Раз уж я к вам зашел, и вы так любезны, что разрешили мне курить, принесите заодно пятьдесят граммов коньяка.

– Какого?

– Плохого не нужно точно. «Мартель» есть у вас?

– Да.

– Вот и принесите.

Он благосклонно кивнул. Официантка Таня улыбнулась более уверенно и отошла от стола. Сыскарь посмотрел ей вслед, с усмешкой отметил, что амплитуда покачивания бедер у девушки за последние несколько минут стала гораздо замысловатее, и подумал, что заказывать в кафе французский коньяк, который с вероятностью пятьдесят на пятьдесят окажется подделкой, но заплатить за него придется, как за настоящий – чистое пижонство.

А, черт с ним. В конце концов, если разобраться, он и есть пижон. Не такой, что пробы ставить негде. Но не без.