Еще можно все вернуть

Она убеждала себя, что ничего особенного в этом госте нет. Обычный мужчина, хотя явно высокомерный. До умопомрачения богатый, как многие, кто зимой снисходил до их маленького городка после катания на лыжах.

Здесь их много. Они колесили в блестящих огромных автомобилях и ослепляли людей широкими улыбками. Занимали лучшие столики в городских ресторанах, готовые выложить сто и более долларов за обычную футболку, потому и цены в магазинчиках взлетали ввысь. Их заказы в кофейнях размером походили на газетную статью.

«Ничего особенного в этом парне нет, – убеждала себя Мэгги, – такой же, как и все».

Ложь.

Обычным он явно не был.

Казалось, от него исходят внутренняя сила или даже бесспорная уверенность в себе. Это больше, чем обычное высокомерие, загорелое лицо, белые зубы и элитные автомобили, простаивающие у обочины в ожидании владельцев. От него невозможно отвести взгляд, будто он вобрал в себя весь свет в помещении, в городе, во всей Новой Англии. На нем были темные брюки и ботинки, стоившие больше, чем джипы, на которых разъезжали лыжники-аристократы.

Кроме того, зимнее пальто, выдававшее элегантность высшего класса и истинную мужественность. Объективно высокого роста, а не потому, что Мэгги все еще сидела на полу. Широкоплечий, мускулистый и стройный. Оглядывая его с головы до ног, можно было предположить, что он много времени уделяет усовершенствованию силы и ловкости. Это наблюдение снова пробрало Мэгги до дрожи.

Однако настоящей проблемой стало его лицо.

Он не был похож на типичного богатого красавца и фаната солярия, подобно тем, кто в это время года заполняли улицы Динвиля, нарядившись в дизайнерские лыжные костюмы.

Черты лица суровые и резкие. Профиль походил на изображения на старинных монетах. При взгляде на его неулыбающийся рот Мэгги чувствовала, как в животе, а честно говоря, и ниже, медленно и неотступно разгорается пугающий жар. Его взгляд был тяжелым и проницательным. Когда он смотрел на Мэгги, ее, казалось, пронизывает электричеством. Такой вот высокомерный, холодный и безжалостный взгляд.

Так он и стоял перед ней, и в его взгляде читалось, что он привык к всеобщему поклонению. Чего и ожидалось сейчас от Мэгги.

– Да кто вы такой?! – воскликнула она, не опасаясь увольнения за дерзкий тон, после чего она снова не сможет вовремя оплатить аренду маленькой, убогой комнаты. Она не переживала о том, что может произойти, пока нахлынувшие пугающие ощущения не ослабли.

– Замечательно, – сухо отозвался мужчина.