Лучшая награда для него

Именно его целеустремленность помогла ему стать таким успешным человеком. С Аристой он проделал то же самое, но, правда, потом пришлось от нее отделаться, ведь она крепко вцепилась в него своими острыми коготками и отпускать вовсе не собиралась. Очень многое он сумел почерпнуть от своего моралиста-отца и матери, которой пришлось его терпеть. Но все же Никодемус выдавил улыбку и сказал:

– Ты мне нравишься. Вот почему я хочу на тебе жениться.

– Если так оно и есть на самом деле, – сухо заметила Мэтти, – то ты психически болен.

– Возможно, так и есть. – Он пожал плечами. – Ну и что с того?

Никодемус прекрасно понимал, что последует дальше, поскольку теперь Мэтти будет принадлежать ему. А ведь он не соврал. С самого начала он заверил девушку, что она будет принадлежать ему и впоследствии его планы обязательно реализуются. Не важно, будет ли она зла или же вообще приползет к нему на коленях, все будет так, как он захочет. О способах достижения цели Никодемус даже и не думал, а главное для него – победа, и это единственное, что сейчас для него важно.

– Смотри, как бы ты не загремел в психушку, а все по вине твоей ненаглядной жены, – с издевкой заявила Мэтти и улыбнулась. – Все, конечно, зависит от брачного контракта.

Девушка посмотрела на Никодемуса с явным высокомерием, словно могла управлять им, но это все была обманка. Судя по тому, как она сидела, по положению ее рук и легкому румянцу на лице, Мэтти все же немного нервничала, ведь она ступила на опасные земли.

Она юлила, и Никодемус пообещал себе, что разберется, где правда, а где нет. Он сломает и разберет Мэтти по составляющим и соберет все так, как ему заблагорассудится. Ведь он ждал этого столько лет!

– Свадьба состоится через несколько недель, – заявил Никодемус, наблюдая за ее реакцией. Что-то странное показалось в ее темных глазах, но затем все вернулось на круги своя. – Скромная церемония пройдет в Греции. Только ты, я, священник и фотограф. Что же касается медового месяца, то его мы проведем на моей вилле.

Затем вернемся на Манхэттен и займемся слиянием наших с вами компаний, как все и планировалось ранее. – Мужчина улыбнулся. – Видишь? Все предельно просто. Все твои беспокойства были понапрасну все эти долгие годы.

– И какова же моя роль? – спросила девушка с напускным безразличием.

– Во время церемонии я надеюсь, что ты послушно произнесешь свою клятву верности, – мягко произнес Никодемус. – Возможно, даже с энтузиазмом.