Малыш для Демона

– Так же вы, Дарья, согласно этому договору обязуетесь не разглашать любую информацию, которая касается данного ребенка и его родителей. Вы ни с кем не можете обсуждать ни свою беременность, ни роды, ни происходящее в этой комнате. Говоря простыми словами – вы рожаете, отдаете ребенка, и забываете обо всем случившемся. Все подробности описаны в договоре. Понятно ли вам это? Есть ли какие-то вопросы?

Мои губы тронула улыбка, самая нервная. Вроде все понятно. Но внутри такие ощущения… что кричать захотелось, желательно матом.

И я даже не могла до конца понять – почему? Ведь я изначально не хотела этого ребенка, и была очень даже «за» скорее от него избавиться, и забыть обо всем, как о страшном сне. Я вообще на аборт была готова. Но в этот самый момент, когда мне в лицо ткнули договор о передаче ребенка, в груди что-то запротивилось происходящему. Даже плакать захотелось. Может, это гормоны пляшут, не пойму.

– Могу я ознакомиться с договором? – все-таки произнесла.

Пусть даже не понятно, зачем мне это.

Подписать бы гадскую бумажку и уехать домой… или где я там сейчас проживаю.

– Конечно, – ответил мне юрист.

Но взгляд Сафронова буквально приказывал не тянуть время. А его жена и вовсе недовольно вздохнула. В такой компании, и вообще ситуации, оказалось сложно сосредоточиться. Второй абзац я начинала читать три раза, чтобы вникнуть. Посторонние взгляды так и буровили. Я даже присела пониже и подняла договор на уровень своих глаз, чтобы спрятаться от окружающих.

Но ото всех это сделать было сложно. В поле моего зрения попадал то строгого вида Сафронов, то его недовольная жена, которая в какой-то момент все равно не выдержала:

– А можно как-то побыстрее?

Но здесь я даже не успела открыть рот.

– А может, ты немного помолчишь? – вдруг обратился к ней Сафронов, затыкая рот.

И так они друг на друга посмотрели, что окончательно укрепилось впечатление – любовью здесь и не пахнет. Хотя, что я знаю об этой парочке? Вообще ничего. Может, за дверью спальни у них там такая любовь, что искры летят.

Может это перед нами он тут хорохориться, а с ней наедине нежнее котенка. А может… это все вряд ли.

– Так, нет, извините, мне нужно прочесть это в тишине и наедине. Могу же я забрать договор домой для ознакомления?

Вдруг наступила напряженная пауза. Пока глава дома не произнес:

– Хорошо, отложим вопрос до завтра.

– Что? – выдохнула миссис Сафронова, хмуря свои идеально нарисованные бровки.