Эйвели. Часть первая

Был он тогда ещё одинок, и сердце его исцелено не было, а потому набросился он на Итерлена и ударом своим поразил его, и оттолкнул его и ушёл прочь, не слушая слёзных криков сестры своей. По тяжести ран своих и слабости тела направился Итерлен дорогой смерти, и бессильна была Эликлем исцелить его. Тогда взяла эу судьбу возлюбленного своего и меру Света своего разделила с ним, и, отдав отмеренную меру его, восставила Итерлена к жизни, поручив попечение о себе Богу, а себя – возлюбленному своему. И зажили раны Итерлена на груди его, и Свет вернулся в глаза его, боль оставила его, и часть Света Эликлем воссияла в нём, так стал Итерлен продолжением Эликлем, она же исцелила его Светом своим и взяла судьбу его, став попечителем оной.

Затем вернулись они в Светлый Дом, и Финиар, приняв Итерлена как одного из народа эулиен, поручил ему дочь свою и благословил их род, соединив в Свете. И снова отдавала Эликлем всё, что имела, мужу своему, а он все, что имел, – жене своей – и так умножился Свет их, и вспыхнула свеча в зале Финиара под свечами их, когда родила Эликлем, и так начался золотой род её, который теперь называют Альру?н-н-у?дар [Al`r?n- (n) -?dar], Золотое дерево, и золотое дерево с простёртыми ветвями и могучими корнями на гербах и флагах его.

Звенье десятое. Возвращение детей Финиара. Рождение Эрока, Кихин, Алдари и Фьихлие

Было так: по прошествии семи лет по исходу эулиен из Эйдена, в восьмую весну с того дня, как покинули дети Финиара Светлый Дом, пришёл срок – и собрались они, и вернулись они, и вошли к отцу своему, и не было в мире радости большей, чем в глазах Финиара, приветствовавшего их.

И первым говорил Элкарит Златовласый, много и светло, и сиял в ответ ему улыбкой Финиар, ибо видел причину таких речей сына своего, её же Элкарит держал за руку и не отпускал ни на миг. И, закончив речь, преподнёс Элкарит отцу хлеб со своих полей и переводы молитв смертных. Принял Финиар дары старшего сына своего, благословил их и Эйдалин, и так остался Элкарит с женой в Светлом Доме, ждать исполнения срока Эйдалин.

Говорил затем Седби, который пришёл со всеми в Светлый Дом, но тогда ещё не обрёл Бад и был сами гром и пламя, и страшились его все. И вместо слов бросил отцу под ноги красную розу с земли своей, в признание дел своих, которая оттого была красна, что питалась лишь кровью врагов, поверженных воинственным эу.