Эталон зла (сборник)

Буреломы, завалы, заросшие травой и кустарником овраги, на дне которых журчали холодные ручьи. Среди этой глухомани встречались островки, свободные от деревьев и кустарников. Залитые солнцем опушки, лысины, небольшие озера. К ним вели узкие, едва заметные тропки и наезженные грунтовки. Если забраться на высоту птичьего полета, можно увидеть сложный рисунок лесных дорог, напоминающий паутину.

По одной такой к небольшому лесному озеру и ехал броне транспортер. На берегу было удобное место для палаточного лагеря.

А неподалеку, в длинном и глубоком овраге – импровизированный тир. Словом, все удобства рядом. Отдыхай не хочу…

– Нет уж! – резко мотнул головой Виктор. – Тот раз мы сунулись к шоссе, и что вышло? Хорошо ночью. А если бы днем? Да за нами все менты района рванули бы! Выехали, блин, фрицы на большую дорогу пострелять.

– Ну и ладно, – пожал плечами Герман. – Нет и нет. Обойдемся. Только за шоссе удобное место. Лощина длинная, глубокая. И прямо к реке выходит.

Можно спокойно отстреляться. А до ближайшей деревни километров пять.

Пацаны обсуждали, где удобнее пострелять из пулемета. В лесу расстояние до цели не превышало ста метров, что для автоматов и пистолет-пулеметов достаточно. А вот для пулемета и винтовок маловато. Вот и искали подходящее место.

– Можно махнуть через реку. Там удобно.

– И там засечь могут. Тем более поля колхозные рядом. Не хрена вообще вылезать из леса. В крайнем случае на опушке постреляем.

– Всего-то сто пятьдесят метров! – фыркнул Артем.

– Хватит.

– Да ладно. Обойдемся.

Герман недовольно поморщился, но дальше спорить не стал. В самом деле, рисковать ради того, чтобы лишний раз пострелять с дальних дистанций, не стоило. Они и так часто ездили на стрельбище армейского полка и там отводили душу.

Кстати, позвольте представить. Герман Круглов. Конкретный пацан, нормальный браток. Впрочем, нет, так не пойдет. Круглов Герман Максимович.

Семьдесят второго года рождения. Рост – метр девяносто. Вес – сто десять кэгэ. Плечи – в дверь не пролазят, кулаки пудовые. От груди лежа жмет сто восемьдесят, на бицепс берет сотку. В шестнадцать получил первый разряд по боксу. Потом перешел в кикбоксинг и стал кандидатом в мастера. В бригаде с восемьдесят девятого года. Начинал, как и большинство, с вышибания дани из кооператоров и цеховиков. Был рядовой «торпедой», потом поднялся до бригадира.