За них даже Боги молятся сами себе – и по погибшим тоже плачут

Слушая, Целителя, – внимательная, Заря, – сразу – же повернула голову направо.

Оглядев, сначала высокое ограждение с тускло – сверкающей «опасной», – колючей проволокой, сверху, – Заря, перевела взгляд на длинный, шестнадцатиэтажный дом тёмно – серого цвета с большими, затемненными, окнами.

Приглядевшись, снова к длинному вдоль тротуара, – чёрному ограждению, – Заря заметила, что «узоры на металлическом ограждении очень похожи на озлобленные лица людей».

– Это недвижимость из которых ведётся наблюдение за пока ещё безопасным и пока ещё нашим причалом и башней, – продолжал инструктировать, – Целитель.

Или (они) просто выжидают назначенного время, что – бы разделаться с нами тихо и без лишнего шума.

– Так – же обещая всем доверчивым, наивным и нуждающимся людям, – и бесплатную недвижимость, коварные и хитрые, МРАЗММы, – (делают) из людей, – наёмных убийц. И кстати заброшенный парк как выяснилось был закрыт шесть лет назад то – же по воле очень опасных и злых, – МРАЗММов.

– А, что это за непонятные широкие и грязные следы, что тянутся по мокрому асфальту от начала тротуара?

– Ты всё такая же, наблюдательная, – Заря, но об этом и об остальном чуть позже, – сразу – же сказал, – Целитель в то – же время разворачиваясь и останавливаясь уже на асфальтированной, маленькой стоянке.

– Целитель, ты знаешь какая сокровенная мечта, – Мякиша? – вдруг тихо спросила, Заря.

Нет!

– Его сокровенная мечта, что бы каждый человек на всей земле хотя бы мысленно был следующим за СВОЗЕМом.

И он думает об этом постоянно и уже давно как он мне однажды проболтался.

– Гораздо раньше, чем три года назад?

– Я то – же сразу – же его об этом спросила, – не ответил.

– Понятно, что всё-таки загадочный у нас Мякиш, – и точно то что – это несбыточная и тем более очень опасная именно сейчас мечта, – Заря. Необычного, Мякиша, – и так контролируют в столице большое количество (разных), МРАЗММов. Каждый его шаг в (сторону) и даже мысленно, – не под нашим наблюдением и контролем, – я уверен очень опасен для него.

 – Мне поговорить с Мякишем, – об этом ради его же безопасности, – ну что бы он переключился мыслями на другие мысли, мечты, – пока не станет спокойнее, – и пока всё видящий всё слышащий и всё понимающий и даже мысли всех в столице, мертвый, – не человек в плаще и в маске, – снова хотя бы на время успокоится?

– Бесполезно! Я пыталась. Мякиш постоянно, – я знаю думает об этом и даже когда спит, ест, делает уроки, шутит, смеётся и так далее.