Меньшее зло

 – Идите к сержанту Терри. Он и проведет процедуру принятия в наемники. Амуниция, денежное довольствие и прочие вопросы решите с ним.

Гравило замолчал, давая понять, что аудиенция окончена. Мы дружно выпятили грудь, щелкнули каблуками (точнее, изобразили это) и вышли в коридор. А потом пошли вниз, стараясь ни словом, ни жестом не выдать обуревавшее нас смятение. Нужно было срочно уединиться, чтобы прояснить обстановку и выработать план действий. Но пока мы под надзором десятка камер, сделать это невозможно.

Да еще процедура принятия в наемники!..

Растерянные, удивленные, злые, раздосадованные, не знающие, как быть и что предпринять, мы топали по коридору, едва сдерживая эмоции. Влипли, епона мать!..

Как только за волонтерами закрылась дверь, Гравило вызвал начальника лагеря капитана Ядлинга. Тот ответил сразу.

– Я поговорил с ними, капитан.

– И что?

– Ничего. О второй группе мало что знают. Оружие не видели, в планы не посвящены…

– Вы верите им?

На экране монитора лицо Ядлинга выглядело озабоченным.

Впрочем, лейтенант не относил это к происшествию с побегом. Видимо, капитана больше волновал приказ руководства и переброска на Миренаду отряда наемников.

– Не доверять нет оснований. Вполне правдивая история. Местные парни не из болтливых, тем более такие проходимцы… Устраивать допрос с применением техники и химии я посчитал лишним. На это нет времени и… необходимости. Скоро они окажутся на фронте, им нужно сберечь силы и нервы.

– Возможно, вы правы, лейтенант, – задумчиво потер щеку Ядлинг. – Верно, у нас нет времени. Я получил приказ провести еще один набор волонтеров. И готовить их по сильно сокращенной программе.

– Вариант «мини»?

– Именно. Месяц на подготовку и в бой. И теперь никаких побегов. У нас нет времени на игру в догонялки.

– Включаем полный режим контроля? – осведомился Гравило.

– Да. Я отдал распоряжение.

Капитан чуть помедлил, глядя на лейтенанта, потом спросил:

– Вы чем-то недовольны, Гравило? Я вижу смятение… или это ошибка?

– Да нет, господин капитан, – осторожно, взвешивая слова, ответил тот.

 – У меня какое-то неприятное чувство после разговора с наемниками. Словно…

Он усмехнулся, скрывая смущение, поправил воротник рубашки.

– Слишком странно они себя вели.

– В чем это выражалось?

– Я бы сказал, в их привычках. Словно передо мной стояли не солдаты и конкистадоры, а отпрыски дворянских родов.