Предел невозможного

– Ясно…

Рабочие называли мне другое место – общежитие бывшего института машиностроения. Неподалеку от биржи. Может быть, на Тисовой местная «малина»?

– Это где? – недоуменно спросил я. – В вашем городе хрен что найдешь! Братва говорила, что есть приличные места, а тут одни забегаловки. Нормальных пацанов нет. Даже курнуть нечего.

Нелестное мнение о «Бездне» бармен воспринял болезненно. Нахмурил брови и окатил меня злым взглядом. Но сдержался. Пробурчал:

– Выйдешь из бара налево, там Барминная.

По ней до перекрестка и снова налево. Вдоль забора метров триста – трехэтажное здание. Это и есть «Орион».

– А там травку можно найти?

– Не знаю.

– Ладно, кореш, – примирительно сказал я. – Не буксуй. Я не хотел тебя обидеть. Если хочешь, наши парни будут завозить товар и к тебе тоже. Чтобы как у людей все было.

– Какой еще товар?

Я ухмыльнулся, растянув губы до ушей. Подмигнул.

– Тот самый. Который цепляет лучше водки и горилки.

– И откуда у вас такое богатство?

– Из Зырян.

Слышал?

– Слышал…

Бармен озадаченно мигнул и опять посмотрел в зал. Похоже, поверил, что я действительно могу достать наркотики.

Что значит – иметь нужную информацию! Зыряны – довольно большой город в пятистах с лишним километрах на восток от Тарсата. До войны там действовал крупный научно-исследовательский медицинский институт. У них были свои плантации конопли и мака.

Когда началась гражданская война, институт закрыли. Склады и плантации разграбили. И даже сейчас, когда республика вновь взяла власть в городе, подпольные цеха гнали продукцию – марихуана, анаша, опиум…

Сказав, что приехал из Зырян, я тем самым дал понять, что принадлежу к зыряновской наркосети.

И выступаю в качестве агента. Вот за эту информацию местная братва ухватится. И захочет услышать от меня объяснения. Ну а если не захочет… Тогда это не братва вовсе, а я – лопух, потерявший зря время.

– «Орион», говоришь? – переспросил я и махнул бармену рукой. – Бывай, дядя!

Поправил воротник куртки и потопал к выходу.

На полпути притормозил, вроде как отряхнуть штанину, и увидел, что бармен вышел из-за стойки и спешит в зал. К той четверке парней, что все еще сидели за столом.

«Так-то, – удовлетворенно подумал я. – Теперь уж мимо ушей не пропустите…»

На улице царила осенняя ночь. Похолодало, подул свежий ветерок. Табло на самом высоком здании показывало всего семнадцать градусов. От дневного тепла не осталось и следа.