Пусть Бог не вмешивается

Я лег неподалеку и, закрыв глаза, стал слушать их фантазии. Поток идей и предложений был неиссякаем, каждый считал необходимым высказывать свое мнение. Наспорившись до хрипоты, обратились ко мне.

– Что тут думать? Встретим кого-нибудь, тогда решим.

– Встретим… Тогда поздно будет.

Я нехотя встал, отряхнул джинсы от налипших листьев и травы.

– От нас ничего не зависит. Ясно одно: чем быстрее доберемся до людей, тем лучше. Так что хватит бездельничать, пора в путь.

– В путь, в путь… – недовольно проворчал Денис, помогая подняться Оксане.

 – Сколько нам еще шагать?…

Лес подавлял своими размерами. Умолкли голоса птиц, только ветер гулял по верхушкам крон да поскрипывали стволы деревьев. А тут еще Денис неудачно пошутил относительно диких зверей, которые жаждут полакомиться молоденькими девушками. Приняв шутку всерьез, девчонки вздрагивали при каждом подозрительном звуке и жались к парням. Те воинственно сжимали подобранные палки, но сами беспокойно озирались.

Я шел сзади и улыбался, слушая их разговор.

Нападение зверей волновало меньше, чем предстоящая встреча со здешними жителями. Ни один зверь в здравом уме не сунется к человеку, даже медведь и волк. А нас семеро, так что опасаться можно только бешеного, но они встречаются не чаще, чем клинические шизофреники в жизни.

Внезапно шедшие впереди Денис и Оксана остановились. К ним подошел Андрей.

– Что случилось?

– Тише. – Денис поднял руку. – Не слышишь?

Андрей оглянулся по сторонам.

– Нет…

– Говорят… рядом где-то.

– Точно, говорят, – подтвердил Николай.

– Там, – махнул рукой Денис.

Я щелкнул пальцами. Все повернулись ко мне.

– Пойду посмотрю. Понадобится помощь – дам сигнал.

Метров через тридцать деревья резко расступились и замаячил просвет. Впереди была дорога. Обычная грунтовка. И телега, стоявшая у поворота, по виду тоже обыкновенная – четыре колеса, передние поменьше. Лошаденка серой масти уныло повесила голову, что-то выискивая в пыльной дороге. А с другой стороны стоял обычный мужичок… но зато в одежде очень странного покроя.

Штаны и рубаха из грубого полотна, а видавшая виды куртка с обрезанными по локоть рукавами из кожи. На поясе слева висел довольно большой нож. Клинок сантиметров тридцать, с костяной рукояткой светлого цвета. Ножны деревянные, обшитые материей.

Мужик еще раз обошел телегу, хлопнул по крупу лошади и довольно будничным голосом произнес:

– Ну, поехали что ли?

Язык был вполне понятным. Бесшумно выдохнув, я вылез из кустов.