Внешняя угроза: Второй шанс

– Это ваш организм привыкает к новому состоянию, Виктор Анатольевич. Реагирует на вмешательство.

– А-а… А я думал… Значит, ничего страшного?

– Абсолютно! На сегодня мы снизим нагрузки. Ограничимся прогулкой и массажем.

– Эх, жаль! – огорчился ветеран. – Мы с соседями хотели в волейбольчик поиграть. Как раз две команды собрались по четыре человека.

– Побудьте сегодня зрителем, Виктор Анатольевич. Хотя, думаю, и ваши товарищи сегодня не станут играть. Мы понаблюдаем за вами. На процедурах сделаем пару уколов, и все будет в норме.

– Ну, спасибо, Кирилл Валерьевич, – сердечно поблагодарил Баскаков.

Врач добродушно улыбнулся.

– Ну что вы. Это наша работа, наш долг…

Проводив пациента, Кирилл Валерьевич сделал пометку в файле и сверился с индивидуальным графиком лечения Баскакова. Пятнадцатый день – точка второго кризиса. Сегодня и завтра пациентам будет не очень легко. А после этого нелегко станет врачам. Совсем нелегко…

Врач оказался прав, в волейбол сегодня никто не играл.

Ветераны чувствовали себя не лучшим образом – болели головы, челюсти, зубы (у кого остались), крутила температура. Немного отвыкнув от недомоганий, они поспешили к врачам. Но те быстро упокоили пациентов и отправили их на процедуры. Все вроде угомонились.

Уснул Баскаков с некоторым трудом – челюсть и зубы болели, а температура толком не спадала. И врачи почему-то не спешили ее сбивать.

Но все же уснул. А проснулся рано утром от того, что язык перекатывал во рту что-то небольшое и твердое.

Баскаков поспешно выплюнул это «что-то» в ладонь, включил бра и рассмотрел «добычу».

– Твою мать! – вырвалось у него. – Что за?…

На ладони лежали его зубы. Последние три. Они росли на верхней десне, вместо остальных были протезы, поставленные лет десять назад.

Баскаков тронул пальцем протезы. Те вполне ощутимо шатались. Десна распухла и болела. Нижний ряд зубов заменял вакуумный протез. Сейчас он лежал в стаканчике с водой. Но нижняя десна тоже распухла и тоже болела.

Баскаков провел по ней языком и вдруг ощутил легкий укол. Попробовал на ощупь отыскать, что там колется. Подушка указательного пальца нащупала едва заметный твердый выступ.

Несколько секунд Баскаков соображал, что бы это могло быть. А потом резво вскочил и почти побежал в ванную. Подошел вплотную к зеркалу и широко раскрыл рот.

Сперва не поверил глазам. Опять потрогал пальцем. И опять посмотрел. Слева, на месте бывшей «четверки» проклюнулся… зуб.