Всеми правдами и неправдами

Глянув на лежащего, повернул голову и крикнул внутрь:

– Адриана поймали. Я говорил, он не уйдет.

К нему подошел Корень, вытирая на ходу руки.

– Казимир его убьет.

Боевик, о котором говорил Стас, продолжал избивать пленника. Тот лежал в пыли, вздрагивая при каждом ударе. Изо рта потекла тонкая струйка крови. Другой бандит зашел сбоку и врезал прикладом по голове. Раздался треск, из-под приклада брызнула кровь.

Из-за угла, подталкиваемые бандитами, вышли несколько человек. Пугливо озираясь, они подошли к месту расправы, с ужасом глядя на пленника.

Казимир, устав бить, поднял голову и свирепо рявкнул:

– Смотрите, суки! Я вас предупреждал, что достану, куда бы ни удрали? Вот что будет с каждым, кто попробует убежать!

Рабы молча смотрели, как бандит с силой наступил лежащему на спину.

– Вставай!

К месту расправы подъехал джип, затормозил неподалеку от толпы. Из него вылез Виконт, следом Глеб. Тот поправил пенсне, негромко заметил:

– Казимир развлекается.

Виконт видел, как бандит достает молоток на длинной ручке.

– Он его забьет.

Главарь промолчал. Зверство Казимира было всем известно. Даже приятели опасались задевать вспыльчивого боевика. Виконт пару раз хотел выгнать Казимира из отряда – тот дважды устраивал перестрелки в поселке, ранив при этом трех боевиков. Отговаривал командир группы Георг: мол, тот здорово воюет.

Между тем Казимир мощными ударами перебил ноги и руки пленника. Тот уже осип от крика, ползал по земле, пытаясь уйти, но его пинками возвращали на место.

Наконец сильный удар проломил череп, пленник затих, только ноги несколько секунд мелко подрагивали.

Казимир отбросил окровавленный молоток, вытер руки о тряпку, подошел к онемевшим от ужаса рабам и грубо прокричал:

– Вы поняли, твари, что с вами будет, если посмеете убежать? Ясно?!

Рабы молчали, глаза прикипели к окровавленному трупу с месивом вместо головы. Казимир встал перед ближним, ударом по подбородку поднял голову.

– Уяснил, гад?

– Д-да…

Удар в живот согнул его пополам.

Казимир брезгливо оттолкнул тело, плюнул на хватавшего ртом воздух пленника и пошел к машине.

Виконт с Глебом, досмотрев расправу до конца, уехали; боевики заставили рабов унести труп и стали расходиться. Только подошедший Нэд слушал пересказ Богдана. Стас забрал пиво, прервал механика:

– Хватит. Не в первый раз…

Нэд задумчиво смотрел на лужу крови, что натекла из разбитой головы несчастного. На память пришли слова Корня: «Твоя жизнь не стоит ничего.