Измена накануне венчания

Новости о любовной связи королевы красовались на первых полосах газет после того, как были обнародованы ее письма к любовнику. Это случилось после его смерти.

Вслед за этим вышла книга, написанная бывшей женой этого мужчины, няней королевских детей, которая, первой обратив внимание на дату рождения младшего сына королевы, поделилась своими подозрениями с таблоидами.

В то время королевская семья Зорци показала солидарность. Красавица-королева, мачеха мальчиков, все время была рядом со своим мужем, а два принца выглядели невозмутимыми и довольными.

– Но теперь в это никто не верит, – неуверенно сказала Сабрина.

Себастьян бросил на нее язвительный взгляд.

– О нет. Многие предпочли бы считать это правдой. – Он выгнул бровь и пожал плечами. – Включая меня.

Забыв о собственном положении, Сабрина не смогла скрыть удивления.

– Ты сожалеешь о том, что не бастард? Прости. Она густо покраснела, но принц и глазом не моргнул.

– Скажем так, я не в восторге от того, что в моих жилах течет кровь Зорци.

– Ну, Луис гордится своим наследием, – возразила она.

– Мой брат умеет прощать, в отличие от меня.

– Кого он прощает?

Себастьян смотрел на нее с издевкой.

– Хотя я наслаждаюсь этой глубокой и содержательной беседой, нет ли у тебя ко мне других вопросов?

Сабрина в замешательстве покачала головой.

– И ты даже не хочешь узнать, что только что произошло?

– А что произошло?

Себастьян рассмеялся:

– Добро пожаловать в новую жизнь, дорогая! Такой она будет до конца твоих дней.

– Я не собираюсь до конца жизни находиться рядом с тобой.

– Как мне не повезло, – насмешливо протянул он.

Сабрина стиснула зубы.

– Откуда все эти журналисты? Я не понимаю. Он поднял темные брови.

– В самом деле? А я слышал, что ты умна. Хотя умный человек может быть и тугодумом, – произнес он, и Сабрина покраснела от злости. – Произошла утечка.

Странно, но она могла думать только о его насмешливых голубых глазах. Утечка? Она случилась в ее ванной комнате прошлой зимой, и на ее устранение понадобился месяц…

Себастьян вздохнул, и она потеряла терпение.

 – Слушай, фотокамеры и микрофоны, которые суют тебе в лицо, это часть твоей обычной жизни, но не моей. Не мог бы ты проявить немного снисходительности? Я до сих пор в шоке, и я сейчас действительно плохо соображаю!

Прежде Сабрина никогда так ни на кого не кричала. В салоне повисла напряженная тишина.

– Тебя не учили регулировать громкость? – наконец поинтересовался Себастьян.