Кровь ангелов. Левиафан. Книга 2

Потом очертания смазались и тень стала клинком с односторонней заточкой и круглой гардой.

Карн коснулся меча своей сутью, стал его частью, растворился в нем. Призрачный огонь ворвался в его душу и в его плоть, принося с первой волной безмерное наслаждение, а со второй – невыразимые страдания. Он закричал и сам не услышал своего крика. Лишь что-то липкое заструилось по щекам и губам его похолодевшего умирающего тела.

Карн открыл глаза и лихорадочно втянул воздух в легкие, которые не сокращались больше получаса.

Он вновь был здесь, в центре Зала Стали. Из его глаз и носа сочилась кровь, каждую кость ломило, мышцы сводили мелкие судороги.

– Не помер? – это был Локи. Он вновь удивительно точно копировал Песочного человека. – Поразительно живучие создания эти смертные! Порой выживают там, где даже богу пришел бы каюк.

– Не лезь, – оборвал его Эрра. Он протянул парню лоскут серого льна. – Карн, ты в порядке? Ты выбрал?

– В порядке, – откликнулся парень, стирая кровь с лица.

Он чувствовал себя ужасно, но тело быстро приходило в норму – спасибо митреуму. – И да, я выбрал.

Он поднялся и нетвердой походкой пошел через зал. Локи и Эрра молча следили за тем, как он шлепает по каменным плитам босыми ногами, двигаясь к западной стене. Подойдя к ней на расстояние вытянутой руки, Карн плавным, но уверенным движением снял с металлических крюков длинный изящно изогнутый клинок в простых деревянных ножнах, обтянутых красной кожей. Двуручная рукоять меча была обмотана тонким кожаным шнурком, тоже – кроваво-красным.

И гарда была красной, небольшая круглая… цуба, вспомнил Карн.

– Ептыть! – присвистнул Локи. – Никогда б не подумал!

Эрра подошел к Карну, который так и стоял в чем мать родила и не отрываясь смотрел на меч. Свой меч.

– Не скрою, ты нас удивил, – тихо сказал бог войны. В его голосе слышалось замешательство. – Ты знаешь, что это?

– Да, – твердо сказал Карн, любуясь оружием. – Я не знаю, как он называется.

И его история мне тоже не известна. Но мне ведома его суть, которая теперь – моя. Я знаю, кем он был НАПОЛНЕН. Я говорил с ним. Теперь он – мой.

– Это тати, в Японии его иногда называют дайто, – пояснил Эрра, медленно переводя взгляд с Карна на его новый меч. – Но тип клинка не имеет значения. Важно, что это последний сохранившийся меч Мурамасы, легендарного кузнеца Поднебесной, чей талант мог сравниться лишь с его безумием.