Меж землёй и небом

Смыкаются гранита своды,

Ползу, живот стирая в кровь,

Но впереди блестит свободы

Заветный свет – конец долгов!

И что я вижу пред собою?

Богатств несметные сады,

Там жемчуга текут рекою,

Златые на ветвях плоды,

Каменья с голову размером –

Сапфиры, яхонт, изумруд

Сияют звонким отраженьем,

Смотрюсь в него… и что же вдруг?

Меня пронзил под сердце ужас,

И в одночасье мир поблек,

Я не был больше храбрым мужем,

Я не был больше человек!

Как не свихнулся, непонятно,

Кляня себе и чертов путь.

Решил: быть может, ход обратный

Способен вспять все повернуть?

Ползу с надеждой, в чудо веря,

Сокровищ проклятых не взяв.

Спустя часов бессчетных время,

Вновь очутился в тех горах.

Дышу, гляжу на полный цвета

Закат – нет слов, чтоб описать!

Но, как ты видишь, человеком

Не удалось обратно стать.

Вдобавок к чешуе зловонной

Достался мне ужасный дар:

Кто бы ни тронул кожи черной,

Будь то росток иль зверь – невольно

Слабел, болел и умирал.

Смирившись с участью проклятой,

Насмешкой мстительных богов,

Навеки я от глаз упрятал

Свой омерзительный покров.

Лишь изредка, под вечер сонный

К родному дому приползя,

Я убивался видом скромным

Той, что коснуться мне нельзя.

Жена, томившись ожиданьем,

Сидела часто у окна

И взор, наполненный отчаяньем,

Бросала ввысь, за облака.

Так плыли дни, надежда гасла,

Меня ни капли не забыв,

Жена ждала, ждала напрасно,

Судьбы такой не заслужив.

Я наконец решил открыться,

Ведь это лучше, чем томиться

В пустых надеждах, не узнав…

Но, витязь, был ли я в том прав?!

Ужасный вид колец моих

Привел жену в оцепененье,

И вот уже через мгновенье,

Как древо на гнилых кореньях,

Крыльцо ногами отпустив,

Она, теряя вдруг сознанье,

Упала, с высоты скользя.

Я, вмиг забыв про наказанье,

Что тронуть мне ее нельзя,

Схватил жены немое тело.

Ах, витязь! Что же я наделал…

Зачем достался ей в мужья?.

Да лучше в узкой той пещере,

Не видя света через щели,

Моя бы сгнила чешуя!

Теперь она больна душою,

И вскоре вздох покинет грудь,

Но мне открылось, что водою

Беду, которой стал виною,

Еще возможно отвернуть.

Как ты, могучий светлый воин,

Нашел я камень, там – строка,

Но в сердце змея мрак и горе,

А значит, не был я достоин

Черпнуть воды из родника.