Возвращение злодейки любовного романа

Одно из двух… Но все когда-нибудь случается впервые, верно? Да и те источники, что были под рукой, могли просто не владеть информацией о редких случаях.

Мне не хотелось признавать, что я пошел по стопам отца. Попался в любовные сети без оглядки на метку.

А потом Виктория рассказала про книгу судьбы…

Я и правда подобное слышал, но не верил. Не хотелось думать, будто сказка может управлять моей жизнью. А еще больше не желал допускать мысль, будто вот он – ответ. Притяжение между нами – эффект книги.

То, что по сюжету я должен убить Викторию, и вовсе значило, что стоит держаться от девушки подальше.

На всякий случай отправил письмо в замок к главному магу. Ищеек разослал за информацией. А сам пытался отгородиться от чувств, Виктории наговорил грубых слов. Чтобы она держалась подальше. Но вскоре понял… не получится. Не смогу отпустить. Лучше уж вместе придумать, как быть с сюжетом и с отсутствием метки. И с чувствами, от которых не продохнуть.

Виктория так глубоко в меня вросла, что если вырывать, так сразу с сердцем.

А потом случилось то утро… когда я узнал, как зовут ее мать.

Глава 6

Алан

Случившееся в тот день возле озера до сих пор приходит во снах. Накидывается голодной черной тварью, молниями вспыхивает под веками, раздается в ушах раскатами грома. И я, как тогда, вижу Викторию.

Она стоит передо мной – прекрасная, как богиня. Темные волосы развеваются на ветру, по бледным щекам скатываются дождевые капли.

«Мою мать зовут Кристиния», – говорит она.

Эти слова – будто удар молотом по затылку. Шок настолько сильный, что Виктория легко читает его на моем лице.

Ее красивые глаза до краев наполняются страхом. Она пытается что-то нелепо объяснять, выдает один невероятный факт за другим. Вокруг поднимается такая буря, что я уже не могу разобрать слов. Лишь мучительно пытаюсь понять… Зачем?

Зачем она лгала, что не имеет отношения к культу? Зачем теперь рассказала про Кристинию? Зачем упоминает метку, если на ее запястьях пусто? Ветер качает деревья, небо раскалывают молнии, воздух шипит от чужеродной магии.

Прежде чем успеваю сделать хоть что-то, небо вспыхивает, а нутро скручивает жгучей болью. Слышу, как Виктория что-то говорит про книгу… а дальше вспышка. И темнота.

Когда вновь открываю глаза – рядом Элиза.