Одиннадцать дней вечности

 – Принцесса? Ты имеешь в виду невесту Клауса?

«Ну наконец-то!» – подумала я с облегчением и нарисовала рядом с принцессой еще одну фигурку в платье попроще, с длинными волосами. Потом взяла свою подвеску, положила ее на рисунок принцессы и подвинула к тому, который обозначал меня.

Эрвин застыл на мгновение, потом взглянул на меня:

– Принцесса подарила тебе этот кулон? Верно?

«Зачем мне лгать?» – спросила я одними глазами, но тут же вернулась к рисунку: указав на принцессу, потом на себя, я расправила подол платья, а потом подрисовала своей фигурке юбки попышнее и модные рукава фонариками.

Так и было, принцесса милостиво подарила мне платье со своего плеча, чтобы я надела его на свадьбу: портные не успевали обшивать придворных дам, обо мне в спешке позабыли, а не могла же я выглядеть оборванкой? Платье было совсем новым, принцесса надела его, хорошо, если один раз, и его даже перешивать не пришлось – фигуры у нас были похожи.

Теперь меня уже было не остановить: я стерла нарисованное, изобразила на этот раз мужскую фигуру, показала на портрет, на нее, а чтобы не было сомнений, вывела букву «К» – уж с какой литеры начинается имя Клауса, я помнила.

Рядом оказалась принцесса в длинной фате, которую придерживала я – это я показала жестом.

– Ты должна была нести шлейф невесты на свадьбе? – уточнил Эрвин. Он придвинул кресло еще ближе и склонился над доской, будто хотел различить что-то, чего я не нарисовала. – Интересно… А мой брат? Что тебя связывало с ним?

Я отложила грифель и молча приложила обе руки к сердцу, потом отняла и протянула в горстях то невидимое, что приковало меня к Клаусу…

– Вот как! Значит, ты его любила? – произнес принц с какой-то непонятной злостью.

 – И понимала, что он никогда не женится на девице, которая даже имени своего назвать не может?

«Конечно, понимала», – ответила я взглядом, и Эрвин впервые отвел глаза.

– Неужто даже не ревновала его к знатной невесте? – негромко спросил он.

«Еще как, – невесело усмехнулась я в ответ.

 – Но я слишком любила его, чтобы пожелать ему смерти».

– У тебя в самом деле говорящие глаза, – сказал вдруг Эрвин. – Или просто колдовские… Так и тянет поверить тебе! Почему-то мне кажется, что ты скорее убила бы невесту Клауса, чем его самого, ведь так?

Я серьезно кивнула.

– Но не сделала бы этого, чтобы не причинить ему боль?

Я кивнула снова.

– Ясно… – Принц снова откинулся на спинку кресла, но тут же выпрямился.