Возвращение

Ее муж состоит на королевской службе, – нехотя ответил Лауринь и добавил справедливости ради: – По правде говоря… шум тогда в свете поднялся нешуточный – Лейда ему далеко не пара, но уже все улеглось.

«Все ли? – подумала я невольно. – Его Величество когда-то велел не ставить тебя в караулы, потому что ты слишком напоминал мать, а Лейда? Она должна быть еще больше похожа на Мажею, чем ты, и… что? Кстати, не Арнелий ли устроил ее судьбу? Он мог… Даже если и так, и если я об этом узнаю, буду молчать как проклятая».

– Это хорошо, – усмехнулась я. – Лауринь, а скажите-ка мне… А, отлично!

Лауринь уже ничего не мог мне сказать: он уснул в глубоком кресле, склонив голову на плечо. Лицо его во сне потеряло суровость и взрослость, я снова видела прежнего мальчишку… только у мальчишки этого уже появилась седина на висках и жесткие складки в углах рта. Время никого не щадит…

Отменная вещь – ведьминские чары, жаль, что прежде я не пользовалась ими так широко. Впрочем, раньше у меня ни возможностей особенных не было, ни умения… Так или иначе, но мое осторожное воздействие дало свои плоды: Лауринь расслабился и поддался дреме.

Через несколько часов проснется как новенький – такое почти все маги обеспечить умеют (другое дело, что злоупотреблять такой возможностью не стоит, особенно в отношении себя лично). А тогда уж мы прочешем имение Ильзор и узнаем, не там ли скрывался злоумышленник… Хотя я заранее подозревала, что нет – не там. Но время ушло, еще немного, и следа Слепых Гончих я обнаружить не сумею, по крайней мере до тех пор, пока они снова не выйдут на охоту.

Я поудобнее расположилась в кресле, покусывая мундштук трубки и обдумывая план действий…

Очевидно, я тоже задремала ненадолго; впрочем, короткий сон не заставил меня чувствовать себя разбитой. В окно проникал тот особый жемчужный свет, что бывает лишь зимой, до того как взойдет солнце. Лауриня в гостиной уже не было, очевидно, проснулся раньше и теперь раздавал приказания своим гвардейцам.

Так и оказалось: он обнаружился во дворе, проверял сбрую своего жеребца – кони уже были оседланы, похоже, дожидались только меня.

– Ваши штучки, Флоссия? – спросил он, гладя своего жеребца по бархатистой морде – тот норовил поддать хозяину храпом, видимо, настроение у коня было самое игривое.

– О чем это вы? – удивилась я, набрала горсть чистого снега с перил, утерла им лицо. Щеки мгновенно разгорелись. – Вижу, все уже готовы тронуться в путь.