Возвращение к практике. Том 1

 – А он мне – делай, тогда заплачу втрое! Ну, я пошел…

– Ну, все, – хмыкнул бородатый мужчина, сидевший рядом со мной, – погнал вороного…

– Это вы к чему? – лениво поинтересовалась я из вежливости. Все, запертые в этих стенах бураном, отчаянно скучали, отчего же не поговорить?

– Да присказка такая, госпожа, – хмыкнул он. – Значит, врать взялся. В наших краях так говорят.

– Это в каких же? – спросила я.

– Да в Азоле, – ответил мужчина. – Я?то уж давно в Арастене, а присказки – дело живучее, никак не избавишься!

– И за что же вороные так пострадали? – фыркнула я.

Азоль? Ах да, маленькое княжество на восточном рубеже Арастена. Говор у моего собеседника в самом деле казался непривычным – раскатистое «р», долгое «а». Акцент был не слишком ярко выраженным (впрочем, он ведь сказал, что давно в Арастене), но заметным.

– Сам не знаю, – пожал плечами мужчина и со вкусом затянулся. Трубка у него была знатная – длинная, изогнутая, на юге такие в большой моде. – Примета вроде такая еще есть: рыжие кони к радости снятся, белые – к печали, а вороные – к обману.

Это старух надо спрашивать, а я?то что знаю? Ну вот, и говорят, если кто враками увлекся – «вороного погнал». А если кого облапошили – тот «вороного оседлал».

– Надо же, как забавно, – улыбнулась я, и беседа наша на этом прекратилась сама собою. Мужчина нашел себе более словоохотливого собеседника, а я решила, что пора ложиться спать.

Люблю такие случайные разговоры: нет-нет, а узнаешь что-нибудь любопытное. Хотя присказка мне эта вовсе ни к чему…

Назавтра буран немного утих, и стало возможно отправиться в дорогу.

Моя лошадь плелась нога за ногу, утопая в снегу, повозки тоже еле тащились. Ветер хлестал в лицо ледяной крошкой, и я вынуждена была замотать голову длинным шарфом. Моему примеру вскоре последовали и попутчики, так что все мы стали неотличимы от жителей северных островов. Я в особенности, поскольку направлялась в столицу прямиком оттуда и даже не сочла нужным сменить тамошнюю одежду на принятую в здешних краях.

После полудня, когда до столицы оставалось не более пары часов езды, ветер немного унялся, снег прекратился. Впрочем, разматывать шарф я не стала – лицо совсем обветрится… К тому же так меньше была вероятность, что моя запоминающаяся физиономия привлечет чье-то внимание в городе. Мне не хотелось бы, чтобы о моем прибытии узнали раньше, чем я сама захочу о нем сообщить. Всем ведь глаза не отведешь.

– Кто это там? – привстал вдруг в стременах один из охранников.