Змеиный медальон

Потому – отвела её в сторону, зашептала: "Что бы он тебе ни предлагал, что бы ни обещал, не верь. Они тебя заберут, засунут в интернат. Будет хуже, чем в детском доме. Им там ни до кого дела нет. Будут тебя голодом морить, издеваться. Хочешь снова в детский дом?" Девочка энергично помотала головой. "Вот и хорошо. Иди. Он ждёт".

Хитрый, чёрт. В доме не остался, вывел глупышку во двор. Любовь Петровна следила от стайки. Лощёный чиновник что-то говорил. Девочка внимательно слушала, а потом пару раз отрывисто кивнула.

Тут ветер бросил Любови Петровне в лицо горсть сора. Когда она проморгалась, выгнала из глаз слёзы, двор был пуст.

– Прости меня, детка, – шептал бывший учёный и придворный маг. – Придётся потерпеть. Ты только держись, не поддавайся…

Первую струну он не тронет. Хватит и четырёх. Возможно, трёх. Но сначала надо подготовиться. Он давно всё продумал, выверил каждый шаг, но когда делаешь что-то в первый раз, просчёты неизбежны.

Вторая струна была самой тонкой, истаявшей до бледного пунктира. Слишком мало силы осталось в ней, а значит тому, кого она питает, жизнь отмерена недолгая… С тебя-то мы и начнём. Чтобы смягчить последствия возможной ошибки.

Он не вправе умереть из-за нехватки опыта. Смерть означает поражение. Никто не придёт на его место, не подхватит выпавший из рук меч. Девочка погибнет. А вместе с ней и весь Майнандис.

Глава 7. Найдёныш

На обед Блошка поймал краснопёрку и запёк в углях.

Вместе с полбой, ягодами и сушёной тыквой в меду трапеза получилась просто царской. Наевшись, легли в траву, голова к голове, глядя сквозь маскировочную сетку листвы в далёкую синь.

Сегодня последняя ночь Красной Луны – и можно вздохнуть свободно. Почувствовать себя человеком, а не мышкой-норушкой, которая, заслышав крылья над головой, тут же бежит прятаться. Никаких дурацких убежищ. Идёшь себе звериной тропой, час за часом, пока вконец не стемнеет, потом сядешь у костра и слушаешь, как Блошка травит байки… Красота!

На днях Рыжий признал, что из чудаковатого пришельца с Той Стороны всё-таки может выйти охотник.

За месяц странствий по Захотимской Пуще Кешка вполне освоился с луком и стрелами – после того как его левое предплечье с внутренней стороны превратилось в сплошной синяк. Копьё и нож бросал пока неважно, но дорога впереди длинная, всё успеется.