Асирия. Путь домой

Название его компании – «Между мирами» – не символично ли оно? А ещё мои видения. Красные сполохи в глазах Марка, Витора. Я вспомнила жуткий образ белобрысого, когда его лицо поплыло и через рябь удалось рассмотреть монстра. А может быть, это были не выверты моего сознания? Может, это его истинный демонический облик? Но почему я? Почему именно меня втянули в этот кошмар? На меня поступил заказ, вспомнила я слова своей начальницы.

Завернувшись в банное полотенце и вытирая волосы вторым, вышла в комнату.

– Асирия Владимировна, ну что же вы оставили меня одного? Не порядок. У нас контракт, подписанный кровью, – как гром среди ясного неба, раздался противный голос Януса Альбертовича.

Стараясь не подать виду, что испугалась, я откинула волосы с лица и увидела, развалившегося в кресле белобрысого. Я понимала, что, прежде всего, он будет искать меня здесь, но не вернуться в отель не могла. Здесь были мои документы, без которых выехать из чужой страны было невозможно.

– Какого чёрта вы устроили этот цирк? – не отвечая на провокационный вопрос, наехала на него. – Вы прекрасно владеете языком, чтобы общаться со своими партнёрами, – показала жестом кавычки на слове «партнёрами».

Белобрысый сменил расслабленную позу, подобрался, улыбка истаяла на его лице, как прошлогодний снег, оставив неприятный оскал.

– Вы мой билет домой, Асирия Владимировна.

– Домой? И где же ваш дом, Янус Альбертович? Уж не Адаран ли? – не отрываясь, смотрела я в его блеклые глазки, которые после бессонной ночи стали красными.

Он в удивлении вскинул брови:

– Откуда? А впрочем, это не имеет значения. Так или иначе, вы заинтересовали мессира Витора. Мне осталось только сопроводить вас назад на виллу.

– Так или иначе… Так – это вы привели меня ему на «сладкое», чтобы заработать преференции, а иначе… Что значит иначе, милейший? Просветите, раз уж втравили меня в эту дерьмовую историю!

Моя голова нещадно болела, и звук его голоса доносился немного приглушенно, как через вату.

Я подошла к зеркалу и механически взяла крем, чтобы нанести на лицо. На меня смотрела я чёрными от расширившегося зрачка глазами, как у Витора. И вообще, состояние у меня было странным. Собственные эмоции, которые должны соответствовать ситуации, были практически заморожены, но я ощущала эмоции собеседника. Такое двоякое чувство, когда ощущаешь себя и жертвой, и охотником.