Тысяча ударов сердца

Не знаю, руководила ею любовь или чувство долга, но с тех пор их отношения вышли на совершенно иной, недоступный многим уровень. Отец буквально боготворил ее.

– От Николаса такого вряд ли добьешься.

– А давай проверим! – оживился брат. – Дело за малым, надо просто его отравить.

– Эскал!

Подошедшая Ноэми хихикнула и встала рядом со мной. Моя рука обвилась вокруг ее талии.

– Ваше высочество, как не стыдно подбивать на преступление родную сестру! – в шутку укорила его Ноэми.

– Мы же понарошку, – успокоил Эскал, поворачиваясь ко мне.

 – Представь, он заболевает, ты ставишь его на ноги – все, почитание у тебя в кармане.

– Дурацкая идея.

– А по-моему, замечательная. Ноэми, что скажешь?

– Скажу… – Ноэми вздохнула. – Жаль, что сестра не родилась вперед вас.

Я согнулась пополам от смеха. Эскал обиженно насупился. Ноэми погладила меня по спине и вернулась к своим обязанностям. Мы с Эскалом молчали добрый час. Как хорошо, что рядом с ним можно не заполнять пустоту словами.

Наконец терпение у брата лопнуло, он потер веки:

– Все, с меня довольно! Где твой меч?

– На месте.

Пошарив у меня под кроватью, Эскал достал клинок. После того как я нечаянно полоснула его по предплечью, мы завели правило: не тренироваться, предварительно не обернув лезвие материей.

Никогда не спрашивала, откуда взялся меч. Либо достался мне по наследству от брата, либо он тайком распорядился выковать его специально для меня. Впрочем, обе версии мне нравились.

Меч описал широкую дугу и обрушился на витой столбик балдахина.

– Эй, поаккуратнее!

– До свадьбы заживет. Подъем! Пора заниматься.

Я отложила пяльцы, сунула в рот солидный кусок хлеба и, жуя на ходу, направилась к брату.

– Прими стойку.

Я поставила ноги на ширину плеч, уперлась пятками в паркет.

– Неплохо. Теперь руки.

Я поднесла сжатые кулаки к подбородку.

– Не задирай плечи. Вот так, молодец. – Эскал протянул мне меч. – Твой черед.

Сделав глубокий вдох, я атаковала столбик.

Моей задачей было не поразить его, а отработать силу удара, чтобы при желании разрубить балдахин пополам, силу и сноровку – чтобы этого не допустить.

Эскал терпеливо наблюдал за моими маневрами, исправлял ошибки, подбадривал. В какой-то момент я чересчур увлеклась и, вскрикнув от боли, схватилась за бедро. Меч со звоном покатился по полу.

– Анника!

– Госпожа! – Ноэми ринулась ко мне, но Эскал опередил ее, поднял меня на руки и бережно опустил на кровать.