Тысяча ударов сердца

– Ваше высочество… – окликнул кто-то из гвардейцев, и сердце у меня оборвалось; всего два слова подтвердили мои худшие страхи. – Простите.

Пленница оттолкнула мою руку и повернулась к гвардейцам, которые вдруг принялись судорожно жевать. В мгновение ока все трое повалились навзничь, изо рта полезла пена. Минуту спустя они были мертвы.

– Нет! – прошептала девушка. – Только не это! Не из-за меня.

Я стиснул ее здоровую руку:

– Тебя тоже снабдили чудодейственным ядом? Если да, отдай по-хорошему.

По ее щеке скатилась скупая слезинка.

Пленница мрачно покачала головой, не сводя глаз с распростертых на земле гвардейцев.

– Я велю тебя обыскать.

Она и бровью не повела:

– Вперед. Что найдешь – твое.

– Ну и что теперь? – нахмурился Иниго.

Мой рассудок лихорадочно заработал. Мы не достигли Дарейна, зато ухитрились захватить в плен их принцессу. Отсюда напрашивались два вывода. Во-первых, вторгнуться в страну не так уж сложно, хотя нас многие годы уверяли в обратном. А во-вторых, мне достало отваги пройти по стопам отца и вернуться целым и невредимым.

Наконец, принцесса – просто кладезь ценной информации, и она выложит нам все подчистую. Если это не вселит в людей надежду, тогда я умываю руки.

– Она тоже сгодится, – откликнулся я с уверенностью, которой в действительности не ощущал. – Если хотим попасть в Возино засветло, нечего рассусоливать. По коням.

Я посадил принцессу на свою лошадь, сам устроился сзади и, натянув поводья, со вздохом направился в сторону дома.

Анника

После долгого странствования мы наконец добрались до ветхого, полуразрушенного замка.

Судя по траектории солнца, похититель вез меня на восток. В какой-то момент мы вроде бы повернули на север, но наверняка сказать трудно. На всякий случай я постаралась запомнить, куда падает тень замка. Вдруг понадобится.

Похититель спешился и помог мне слезть. Его галантность действовала на нервы сильнее, чем грубость. На фоне своих соратников он держал голову выше, а спину – прямее.

Все выдавало в нем лидера.

Только сейчас я заметила, что мы почти ровесники, однако нахмуренный лоб добавлял ему лет и суровости. Смоляные волосы контрастировали с пронзительно-голубыми, вернее, васильковыми глазами. Прямые, безукоризненно вылепленные черты портил нос с горбинкой – очевидно, следствие давнего перелома. Напустив на себя свирепый вид, похититель поволок меня в замок. В мрачном коридоре нас нагнала блондинка, единственная девушка в шайке.